Как можно заставить совершеннолетнюю женщину жить там, где не хочется?
– Палкой, – влез Арцеулов, – надавать дуре как следует, сразу поймет, кто хозяин. Арестуйте за что-нибудь, Кешка прав.
У галантного Александра Михайловича от услышанной тирады глаза превратились в щелочки.
– Мне всегда казалось, что дамы не любят палочной дисциплины, лучше придерживаться другой тактики: конфеты, букеты… Хотя не могу служить советчиком в этой области. Я ведь никогда не был женат. Правда, иногда жалею, что избрал судьбу холостяка.
И он многозначительно покосился в мою сторону. Это выглядело как предложение, и Аркашка весело заулыбался. Но Левке стало не до смеха.
– Ну и что делать теперь?
Александр Михайлович пожал плечами:
– Подождать немного, скорей всего жена вернется. И не ругайте женщину. Напротив, купите дорогой подарок, меховое манто, например.
– Ах, шубу! – завизжал Левка. – Еще и издеваетесь!
Он вскочил с дивана и помчался к двери. По дороге всем своим стопятидесятикилограммовым весом грубиян наступил на вольготно растянувшегося на ковре Хуча.
От боли и ужаса мопс запищал и немедленно описался. Левка влетел прямо в лужу и, разбрызгивая вонючую жидкость во все стороны, выскочил в коридор. Хучик верещал как безумный. На писк примчались остальные звери. Увидев раненого друга, Снап завыл, Банди зашлепал по луже лапами, а Жюли из солидарности пописала рядом.
Кешка пошел за тряпкой. Наташка принялась утешать Федора Ивановича жирным шоколадным печеньем. Полковник растерянно бормотал:
– Не пойму, почему Лева возбудился.
Можно купить не манто, что-нибудь подешевле.
Мы с Наташкой рассмеялись в голос и поведали другу историю шубы из камышовой кошки.
– Мерзавцы, – хохотал приятель, утирая слезы. – Сколько ни сажай, все равно мошенничают. Расскажу ребятам сегодня. «Республика Бонго», вот придумал, – и он снова затрясся от смеха.
– Послушай, – проговорила Наташка, – помоги найти Соню.
Александр Михайлович посерьезнел.
– Попробую, – согласился он, – но, девочки, представьте себе, сколько у нас работы.
Придется отрывать сотрудников от дел, может, подождем чуть-чуть? Девять нераскрытых убийств, два неопознанных трупа и еще кое-что по мелочи.
– Бедная девочка, – вздохнула я, – так и похоронят без имени в общей могиле.
– Это ты о той, со свалки? – оживился полковник. – Ее давно опознали, тетка приходила, забрала тело.
– И кто она?
– Кристина Кулик, восемнадцати лет. Оказалось, что после смерти матери ушла из дома.
