Дар берсерка

А их жизни зависят от того, что сумеет узнать Харальд. Она плывет вместе с этими людьми, о них и должна думать…

Забава сглотнула. Её опять затошнило, озноб тряской волной прошелся по телу. Ещё через пару мгновений в животе вдруг резко двинулся ребенок.

И её охватило ужас за него – да так, что все прочие мысли отступили.

Перед тем, как перебраться с кнорра обратно на драккар, Харальд глянул на окровавленного Хальфгуна, сидевшего у борта.

Дурню повезло. Он не успел искалечить его всерьез – до этого просто не дошло.

Все нужные жилы и кости у него остались целы. Конечно,там, где Харальд прошелся по шкуре ножом, будут шрамы. Но и только.

Хальфгуну помог случай. Устав от его упрямого молчания, Харальд обхватил лицо парня руками. Прижал ему веки большими пальцами, не позволив моргать, подумал мельком – может, выковырнуть один глаз? Такое многих лишает мужества. Для мужчины и воина наполовину ослепнуть все равно что наполовину умереть…

Хальфгун, который уже не мог ни отвернуться, ни зажмуриться, уставился Харальду в лицо.

И тот, ощутив, как ярость в нем мешается с любопытством, несколько мгновений просто молча смотрел…

По вискам Хальфгуна вдруг поползли крупные капли пота. Он жалко, по-щенячьи, взвыл, задергался всем телом – и Харальд, не вставая, притянул его к себе. Снова спросил о том, о чем уже устал спрашивать:

– Что за новости ты вез Гуниру?

Тихий вой прервался. Хальфгун, задыхаясь, негромко забормотал, повторяя сказанное Сверром:

– Через месяц германский конунг Готфрид должен прийти в Упсалу.

Со всем своим войском, а оно у него огромное. На пирах Ингви кричит о том, что после этого они завоюют Нартвегр. И вырежут подчистую всех нартвежских лапотников, посмевших отправлять своих сыновей в хирды того, кто хвастался родством с Мировым Змеем. Его старшего сына, Астольфа, благословил сам Один, когда спас его жизнь. Свала, наложница, сказала…

– Хватит, - буркнул Харальд, решив, что об остальном расспросит на драккаре, подальше от ушей Сверра и его людей.

Он отпустил парня, встал.

Хальфгун тут же закрыл глаза. Задышал часто, заворочал головой,точно приходя в себя.

Сейчас Хальфгун сидел у планширя, под присмотром людей Харальда. Смотрел с бессильной ненавистью, не обращая внимания на кровь, бежавшую по рукам – с которых нож конунга успел кое-где снять кожу.

Ещё немного, подумал Харальд. И первым запрыгнул на сходни. Следом за ним по тряским доскам поволокли скрученного Хальфгуна…

Допрос Χальфгуна он закончил уже на драккаре.