Дар берсерка

Окинула ярла взглядом с головы до ног.

Пора, решила она. И спросила:

А следом улыбнулась, глядя в лицо Свальду. Уже смело, открыто.

Крупный мужик, стоявший рядом с ярлом, дернулся – но Труди метнула на него быстрый взгляд, и он затих.

– Харальд ранен… – выдавил ярл.

Затем смолк. Уставился на неё с ненавистью.

Труди это не понравилось. В прежний раз мальчишка был послушней. Может, потому, что она тогда натравила Свальда на жену брата – а он в то время исподтишка на неё засматривался…

– Рассказывай, что произошло у реки, – не повышая голоса, потребовала Фрейя-Труди.

Свальд покачнулся, помедлил. И начал ронять слова. Глаза его расширились, по ним стрельнула красная сеточка жил. Но он все говорил и говорил.

А Труди-Фрейя слушала. Размышляла.

Если Харальд в беспамятстве, значит, дракону его непонятное колдовство дается тяжелей, чем ей самой. И тяжелей, чем отцу её Нъёрду. Боги, устав, уже ничего не могут сделать. Однако с ног не валятся. Α Змееныш сначала натворил дел…

Но потом упал замертво.

Может, попробовать самой отправить его за границу миров, в черную бездну Гиннунгагап, мелькнуло у Труди. Сделать то, что замыслил Один, пока дракон в беспамятстве и слаб?

Пусть здесь нет великих асов – но в храме Упсалы есть жрец с нужным даром. Этот человечишка знает, как приносятся жертвы,и что нужно делать. А людей в крепости с избытком хватит для великого жертвоприношения.

Один раз боги уже понадеялись на слабость Змеиного отродья, подумала Труди.

Это Ёрмунгард после колдовства Нъёрда послушно засыпал на морском дне. С драконом все вышло иначе. И неизвестно, как подействует на Змееныша призрачный корабль, который придется сложить для него из человеческих душ, чтобы отправить в бездну Гиннунгагап. Чтo, если дракон очнется?

Свальд, закончивший рассказывать про штурм Упсалы, замолчал.

– Α теперь про жену Ёрмунгардсона, - приказала ему Труди.

– Она во фьорде Халлставик. – Глаза Свальда все сильней наливались кровью. - Сидит там в клетке, под охраной. Завтра третий день… если никто не известит Кейлева о том, что мы победили, на четвертый день старик увезет Сванхильд далеко отсюда. В её родные края.

Вoт и пусть увозит, подумала Фрейя-Труди. И чем дальше,тем лучше. Конечно, жена Харальда вот-вот обернется, а детеныш вряд ли проживет долго.