Дар берсерка

Скажешь всем, что ведьма, сведущая в знахарстве, поможет ему очнуться. Что я тебе все рассказала,и меня нельзя винить в дурных делах Асвейг, пожелавшей выйти замуж за Харальда. Если кто-то спросит, как я узнала о задумке сестры – объявишь, что это случилось дома, в Эйберге, когда Асвейг обсуждала с Бреггой, как ей заполучить хозяина Йорингарда. А о том, что здесь было,ты забудешь…

Напоследок ярость ярла Свальда все же прорвалась не только во взгляде – и красивое лицо на мгновенье перекосилось. Но тут же расслабилось, став спокойным.

– Пошли, Гунирсдоттир. Οтведу тебя к моему родичу. И смотри, ухаживай за ним хорошенько!

Теперь мне придется заботиться о драконе, полыхнула у Труди насмешливая мысль, пока она перешагивала через чердачную балку. Издевка судьбы…

Внизу, в женском доме, обрывая её мысли, раздались тяжелые шaги. Заскрипели половицы. Труди, уже ступив на лесенку, потянулась в ту сторону. Ощутила, как пожирает пришедшего беспокойство за…

Он опоздал, мелькнуло у Труди.

Наутро, на третий день, заря занялась блекло, устало. По замерзшей глади фьорда протянулась цепочка драккаров. Мачты торчали вкривь и вкось – похоже, не только драккар Харальда пострадал, когда его сдавили льды.

Но град с неба больше не падал. К обеду тучи ненадолго разошлись, и выглянуло солнце. Было холодно, ветер порывами задувал в шалаш, который соорудили над клеткой.

Перед самым закатом к Забаве пришел Кейлев. Вошел в шалаш не спеша, посмотрел на Неждану, уронил:

– Доброго тебе вечера, Веоньег… жена ярла Свальда. Я хочу поговорить со своей дочерью.

Неждана молча кивнула. И вышла – быстро, но без суетливости.

– Кончается третий день, как конунг Харальд ушел к Упсале, – тихо сказал Кейлев, шагнув к клетке. - Конунг велел ждать его только три дня, Сванхильд. А потом увезти тебя в те края, откуда ты родом.

Забава ответила не сразу.

Весь день ожидание Харальда билось в ней перепуганным зверьком – он придет! Вот-вот! Ещё немного! Но к вечеру ожидание начало переплавляться в темный, зыбучий, как трясина, ужас.

Несколько раз ей вспоминался отец, в свое время умерший где-то вдали. Просто исчезнувший, будто его и не было.

Α потом перед глазами вставал Харальд. То, как он смеялся – неспешно, раскатисто.