Давай сделаем это

От облегчения, что Лене становится лучше. От щемящей нежности к парню, который сжимал меня в своих объятиях так отчаянно, что сердце обливалось кровью… «Я люблю его», — как-то просто и даже обыденно подумала я. Люблю и всё. Не нужно больше слов. Ничего не нужно. Просто стоять вот так, обнявшись на кухне, и понимать, что этот миг останется со мной навсегда. Не потускнеет со временем, не потеряет своей остроты. Мгновение, когда я четко осознала, что отныне мое сердце принадлежит другому человеку.

Я подняла глаза на Назара.

Он как-то растерянно рассматривал меня, словно до конца не верил, что я здесь. Осторожно заправил за ухо прядь моих волос, костяшками пальцев невесомо коснулся щеки, подбородка, скользнул к шее. Следуя взглядом за своей рукой, аккуратно поправил футболку, сползшую с плеча.

Млея от этих осторожных сдержанных движений, я наклонила голову и ласково потерлась о большую ладонь, замершую на моем плече. В серых глазах засияла улыбка.

— Как спалось? — тихо спросил Назар, поглаживая кожу в вырезе футболки большим пальцем.

— Я давно так сладко не спала.

Назар хмыкнул в ответ.

— Даже и не знаю, порадоваться этому или расстроиться.

Не переставая улыбаться, я заглянула парню за спину. На плите стояла кастрюля, в которой что-то варилось.

— Что у нас сегодня на ужин? — спросила я, втягивая носом воздух. Кажется, гречка.

— Гречка с сосисками, — подтвердил мои догадки Назар, поворачиваясь к плите и не видя блаженного выражения на моем лице. И за что мне так повезло?

Сообща накрыв на стол, мы принялись за ужин.

Было уже шесть часов вечера, и нам пора было ехать в больницу.

— Тебе Вадим не звонил? — осторожно спросила я, берясь за кружку с кофе.

Склонившись над тарелкой, Назар отрицательно помотал головой. Нерешенный вопрос с Вадимом так и стоял между нами, заставляя чувствовать себя воришками, которые незаконно пробрались в сокровищницу и ошалели от привалившего счастья.

— Он догадывается. Надо дождаться подходящего момента и поговорить с ним, — отрывисто проговорил Назар, отодвигая от себя тарелку.

Я медленно кивнула. Обманывать Вадима дальше было невыносимо.

Поднимаясь по больничной лестнице, мы молчали. Назар снова помрачнел, погружаясь в себя. Мою ладонь он отпустил еще на парковке, и я сразу почувствовала себя потерянной и беспомощной. Засунув руки в карманы куртки, я шла за Назаром, пытаясь приноровиться к его длинным шагам.

На лестнице Назар резко остановился и, словно набираясь сил, сгреб меня в охапку.