Давайте поиграем, папа-босс!

Понимаю, что да. Ещё чуть-чуть — и праздник испортится. Поэтому как можно быстрее иду обратно в зал, надеясь сгладить косяки этого мужчины.

Глава 4

Марат

Звоню другу с просьбой. Он креативщик-затейник. Даю задание, сжатые сроки.

Немного как раз остываю, пытаясь снять нахлынувшее возбуждение.

Твою мать.

Не могу успокоиться.

Хожу из стороны в сторону.

Думаю о дедах в чулках.

Надеюсь, что это как-то прогонит возбуждение, но ни черта подобного! За место деда — Варенька появляется! Причём — только в одни-их… Тьфу.

Я вроде у любовницы был три дня назад, мне хватило, но Варя…

Всколыхнуло то, что не надо.

Я же теперь, кхм, напряжён.

И успокоиться не могу.

А там дети.

Сижу в комнате минут пять. Успеваю сделать несколько дел по бизнесу. Созваниваюсь с другом — он придумал шикарную идею, как исправить этот вечер, и уже едет её воплощать в жизнь.

Кое-как успокаиваюсь и всё же выхожу в зал. Варенька там из кожи вон лезет, чтобы развеселить ребят. Играет с ними в какую-то игру. А я мешок тащу, смеюсь, наверное, как маньяк, но плевать.

Все взгляды устремляются на меня.

Стараюсь не поворачиваться ни к кому спиной. А-то опозорюсь перед всеми.

— Ну что, ребятки. Вы готовы?

Слышится одобрительный гул.

Я сажусь на стул, ставлю мешок рядом с собой. Открываю его, смотрю, а там коробки. Разного размера, но все не слишком большие. И все подписаны. Нет уж, лишние телодвижения не хочу я делать — иначе все увидят эту дыру в халате.

Миллиардер в дырках.

Нормально вообще?

— Внучка, ко мне, — издаю свист, призываю к себе Снегурку.

— Наконец-то, — цедит сквозь зубы, но подходит.

Хочу хлопнуть её по пятой точке, но… Останавливаю себя.

— Ну, кто будет смельчаком и первый расскажет стих?

Осматриваю всех по кругу.

Первым из шеренги выходит паренёк. Крупный, в костюме Шрека.

С разбега садится мне на колени. И дёргает за бороду.

Э, вообще офигел?

Говнюк!

— Стих рассказывай, недоразумение, — шиплю от злости.

— Моя мама любовница депутата, — с вызовом кидает пацан. — Я не должен рассказывать стихи.

Ага, значит, Маринке Славик изменяет.

— Или…

— У-у-у-у, — тяну, хватая засранца за ногу и чуть трясу. — Ты смотри, сейчас договоришься — заколдую.

Бью посохом об пол.

— Ещё два таких удара, и в жабу превратишься, — цыкаю.

Малец пугается, тут же выпаливая какое-то четверостишье.