Убедившись, что все живы, и даже целы, они вдруг поняли, что битва уже закончилась! Возле ворот было пусто. Стонали раненные, хрустело под копытами золотого единорога брошенное оружие, сверкая золотыми разводами на черной шкуре Блекрайн шел к любимым. Омиллон поднялась на дрожащих ногах, шагнула вперед, прижимая к себе дочку и обняла широкую шею мужа. Под ее рукой черные щетинки снова стали обычной шерстью, а золотые мягко заблестели, сияя в лучах полуденного солнца.
Иссиэль, поняв, что настало его время громко возвестил:
— Битва закончена! Кто бросит оружие — уцелеет! Несколько живых, вовремя упавших наемников торопливо отбросили мечи и арбалеты, а лорд советник продолжал: — мы сохраним вам жизнь, если вы дадите магическую клятву не причинять вреда ни одному единорогу!"
"Уцелевших наемников связали цепью, и после принятия магической клятвы велели утаскивать за пределы долины погибших.
Вир вместе с другими единорогами принялся заново ладить ворота, причем искусный столяр не поленился отправить парочку «белых коников» за дубовыми досками и хорошим железом.
Омиллон сказала, что уже оправилась и сможет зачаровать каждую доску на крепость камня, так что воротам грозило стать произведением искусства.
Лилия устроила тут же в палатке полевой госпиталь, в первую очередь латая и перевязывая единорогов. В основном ей пришлось вынимать арбалетные болты, залечивать мелкие ожоги от смолы и кипятка, да еще вправлять вывихи торопливым или слишком усердным.
Наемники получившие раны от зазубренных лезвий прожили не долго.
То ли специфическая магия черного тому виной, то ли жестокость самих ран. Рада крутилась рядом лекаркой, помогая, любопытно нюхая травы и снадобья, заодно прячась возле Лилии от слишком усердного внимания Вира.
Золотой единорог не отходил от своей семьи. С помощью Иссиэля он поднял фургон и теперь чинил колесо и треснувший полог, понимая, что за день со всеми делами не управится и всем придется еще какое-то время побыть здесь. Омиллон сидела рядом, тихонько напевая колыбельную, заодно плетя защитные заговоры для дерева и инструментов.
Лорд Иссиэль разложил дорожный письменный прибор и старательно описывал все произошедшее вожаку. Голуби быстро доставят его послания, а заодно принесут вести о других нападениях, если они были. Советник крайне волновался за другие посты, но оббежать всю границу за три дня, как прежде он не мог — здесь была его а-таллион, а его инстинкты требовали охранять свою половинку и не оставлять ни при каких обстоятельствах.
