Дебютная постановка. Том 1

Это что ж за провансаль такой? Обычный майонез, что ли, который продается в баночках, тридцать шесть копеек стоит? Так бы и написали: майонез, всем было бы понятно. А то провансаль какой-то… «Сверху посыпать рубленой зеленью петрушки или рубленым трюфелем. Но можно, конечно, и не посыпать совсем. Готовый, уложенный винегрет вынести на холод и застудить хорошенько. Если есть дома вареные раковые шейки, то убрать ими винегрет сверху. Это придает блюду более красивый вид. Можно также сделать сверху сетку из ланспика.

Кроме раков, можно положить на гарнир крутоны из ланспика…»

Некоторое время Михаил сидел в оцепенении, переваривая прочитанное. Рубленый трюфель – это как? Конфеты, что ли, порубить в винегрет? Кроме шоколадных конфет, посыпанных пудрой какао, он никаких других трюфелей не видал и не знал. «Раковые шейки» тоже ел исключительно в виде карамелек и представить себе вкус настоящих шеек никак не мог. А что такое ланспик и крутоны из него? И зачем выносить всю эту немыслимо сложную конструкцию на холод и хорошенько застужать?

Ну и порядки были в царские времена! Не то что сейчас: все легко и быстро.

Он собрался было поделиться своим нелицеприятным мнением со Старшей Вениаминовной, но почувствовал, что его грызет какая-то мысль. Неясная, несформированная, больше похожая на смутное ощущение. Фундамент из обрезков. Картошка, свекла и огурцы, заправленные соусом. Вот это и есть тот самый винегрет, который все советские люди готовят у себя дома. После основного рецепта шли примечания и разъяснения по каждому продукту и этапу приготовления, и в разделе «Обрезки от гарниров» написано: «Этот рубленый винегрет очень вкусен, особенно если заправлен острым соусом.

Таким образом, и обрезки от различных продуктов не пропадают напрасно, а могут быть употреблены в пищу». Вот что его задело, вот что царапает. Обрезки не пропадают, могут быть употреблены в пищу. Хочешь – сделай из него фундамент, а не хочешь – отдай в людскую, прислуга съест. Выходит, то, что считается у них сейчас достойным блюдом даже для праздничного стола, на самом деле является объедками для прислуги. Ему тут же вспомнился «винегрет с сельдью», который можно было съесть в обычной столовке: кучка овощей и рядом, на краю тарелки, два жалких кусочка немыслимо соленой селедки. Дешево и просто, винегрет с рыбой. А настоящая еда – она совсем другая.

И жизнь, в которой существовала та настоящая еда, тоже была совсем другой.