Дебютная постановка. Том 1

Каменская вопросительно приподняла брови:

– И?

– Как проверить слова Садкова? Он назвал мне имя любовницы отца, но я ума не приложу, как ее искать. Сам точно не справлюсь. Ни отчества, ни года и места рождения… Даже примерного описания внешности нет. Не говоря уж о том, что за сорок лет она могла несколько раз выходить замуж и менять фамилию.

– Я так понимаю, что вы деликатно намекаете на что-то? – усмехнулась она.

– Да какая уж тут деликатность, Анастасия Павловна! Не намекаю, а прошу. Считайте, что в ногах валяюсь.

Ваша волшебная Зоя не поможет?

Каменская покачала головой.

– Не получится. Если есть конкретный, четко определенный человек, то Зоя накопает на него все, что есть в доступе, как в открытом, так и в закрытом. С судьей Екамасовым получилось, потому что было полное имя и точное место работы в точно определенный год, а там уже Зоя размотала все ниточки. Да и то: не забывайте, что речь о председателе Мособлсуда, это все-таки фигура, его имя появлялось во множестве документов, и из доинтернетной эры кое-что просочилось в современность.

А секретарша из областной прокуратуры – персона совершенно иного ранга. Хотя время, конечно, поближе, все-таки не шестьдесят шестой год, а восьмидесятый, но найти концы в Сети только с именем и фамилией – шансы нулевые.

– Жаль, – расстроенно проговорил Петр. – А я надеялся…

Каменская от души расхохоталась.

– Вы – истинное дитя интернета, Петенька. Вы убеждены, что интернет может все, даже то, чего не может человек. А это глубокое заблуждение.

То, чего не может сделать интернет, почти всегда могут сделать люди, особенно старшего поколения. Ну что, продолжаете валяться в ногах?

– Продолжаю!

– Ладно.

Она снова разблокировала телефон, положила его на стол и, когда абонент ответил, заговорила, включив громкую связь:

– Привет, Владик. Ты помнишь, что ты мне должен?

– Здрасьте! – пророкотал из трубки низкий голос. – Ну ты даешь, Аська! Да я тебе по сотне поводов по гроб жизни должен. Ты хоть обозначь, о каком именно долге идет речь.

А то, может, я его уже давно отработал.

– Нет, этот так и висит неотработанным. Помнишь журналиста из Тюмени, которого ты мне поручил, потому что вы с Таней собрались во Францию к сыну?

– Ну… помню. – Голос собеседника зазвучал настороженно. – Так это сто лет назад было.

– И тем не менее. Он снова в Москве, и ему снова нужна помощь. Я, конечно, могу попросить и других людей, но прошу именно тебя, потому что ты в долгу.

– Шантажистка.