Дед Снегур и Морозочка

– У Сары пять комнат, с каждой два целковых, вот и червонец! – заржала Оксана. – Жаднее бабы не встречала. Мы тут все у нее в рабах, расплатиться не можем, сколько долги ни покрываем, они растут.

– Почему вы не уедете? – удивилась я.

Оксана пригорюнилась.

– Паспорт она забрала, вроде как на регистрацию, а назад не отдает. Куда без документа податься? И мы все тут рядышком, на рынке работаем, Сарка там столовую держит, с начальством базара дружбу водит. Будем возмущаться, нам не поздоровится, сыновья у нее бандиты.

– Мамаша Кураж и ее дети, – пробормотала я, – спасибо за предупреждение, но, наверное, мне дали адрес не той женщины. Я ищу Сару Яковлевну Ротшильд, мать Эстер.

Оксана запустила шумовку в кастрюлю и начала сосредоточенно собирать серую пену.

– Правильно ты пришла. Есть у Сарки дочь, Эстер ее зовут.

– Странные, однако, у Веры Кирилловны понятия о приличной семье, – вырвалось у меня. – Эстер случайно сегодня сюда не приезжала?

– Так она тут, – кивнула Оксана, – в комнате.

– Здесь? – не поверила я своим ушам.

– Где ж еще? – в свою очередь удивилась жиличка. – Иди по коридору, она за туалетом, в чулане лежит.

Перестав понимать что-либо, я отправилась в указанном направлении, поскреблась в облупленную дверь и, не дождавшись разрешения, вошла в полутемную каморку, освещенную экономной лампочкой в пятнадцать ватт.

– Если Сара вас переночевать пустила, – прокашляли с кровати, – то спать придется на полу. И подушку с одеялом она не дает.

Я присмотрелась и увидела на узкой софе без малейшего намека на постельное белье женщину непонятного возраста, прикрытую драным ватным одеялом.

– Вы Эстер? – спросила я.

– Ага, – подтвердила та, – чего вы хотите?

– Эстер Романовна Ротшильд? – не успокаивалась я.

– Так торжественно только в крематории объявляют, – усмехнулась дочь Сары. – Совершенно верно, я Эстер Романовна Ротшильд.

– Извините, – опомнилась я, – ошибка вышла. В Москве есть еще одна дама с вашими данными, я шла к ней, а очутилась у вас.

– Дама из Амстердама, – хмыкнула Эстер, – надеюсь, ей больше повезло в жизни, чем мне, подайте костыли, я попробую встать.

Женщина откинула одеяло. Я вздрогнула: у несчастной отсутствовала одна нога.

– Не дрожи, – буркнула Эстер, хватая костыли, – я не заразная, под машину пять лет назад спьяну попала, теперь дальше сортира не хожу. Тьфу! Лучше б меня насмерть раздавило. Слышь, сбегай за бутылкой!

– Ага, – кивнула я и спешно покинула комнату.