Дед Снегур и Морозочка

И лишь выйдя замуж за Гри и начав работать в группе у Чеслава, я стала постепенно избавляться от комплекса неполноценности. Не хочу сказать, что окончательно лишилась мечты превратиться в тростинку и победила страх потерять мужа, но, по крайней мере, перестала ненавидеть себя и даже надеваю джинсы.

– Прекрати плакать, – велела я Кларе, – успокойся. Я попробую тебе помочь.

– Как? – безнадежно спросила девушка. – Отрежешь мне попу и пришьешь ее вместо бюста? Или ты водишь знакомство с олигархом, которому срочно нужна жена? Я умею стирать, гладить, готовить, убирать, делать домашние консервы, шью, вяжу, вышиваю крестиком.

После заявления про вышивание крестиком мне стало Клару жалко до слез. Я внезапно ощутила себя сильным человеком, способным помочь слабому.

– Слушай меня внимательно. Сейчас иди спать, и никому ни слова о нашем разговоре, поняла?

– Ага, – кивнула Клара, – а что будет завтра?

– Все будет хорошо, – опрометчиво пообещала я.

Девушка встала, схватила меня за плечо и с загоревшейся надеждой в глазах прошептала:

– Конечно, – легкомысленно заверила я.

– Мне не придется выходить замуж за Павла?

– Никогда, – ляпнула я.

– Ты найдешь мне жениха в Москве? – спросила Клара.

– Да, – кивнула я, – непременно.

Гостья кинулась мне на шею, стиснула в объятиях, уткнулась носом в мое плечо и с чувством произнесла:

Я погладила девушку по спине. Ну, Танечка, ты попала! Потеряла на время от сострадания разум, пообещала Кларе счастье с три короба, а как теперь это организовать?

Когда успокоенная Клара отправилась спать, я пошла на кухню, с радостью отметила, что там никого нет, открыла шкафчик, хотела снять с верхней полки пакет с печеньем и вдруг услышала громкий окрик:

От неожиданности я дернулась, в спине и плече послышался хруст.

– Почему ты до сих пор не выгнала наглых Терешиных? – возмутился Андрей Сергеевич. – Отчего я, честно заплативший деньги Таисии, должен спать в одной комнате с Карлом, не отдавшим свахе ни копейки?

Я попыталась опустить руку и поняла, что не могу этого сделать, отчего-то при малейшем движении от боли сводит спину между лопатками.

– Сейчас этот хам улегся на диване, – бубнил жених. – Когда я велел мальчишке перебраться на пол, он ответил: «Вчера я дрых на жестком, сегодня ваша очередь». Как это тебе?

– Вполне справедливо, – промямлила я.