Дедушка на выданье

Перестав поносить власть имущих, Фиса принималась озвучивать политическую программу Олега: земля крестьянам, фабрики рабочим, мир во всем мире, молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет. Где-то я уже слышала подобные лозунги и поэтому не особенно верила Кириллову.

В отличие от Анфисы, Маргоша абсолютно аполитична. Она не читает газет, а по телевизору смотрит лишь программы Елены Малышевой про здоровье и еще про моду и спорт. Обе старухи не способны мирно беседовать более трех секунд. Повод для свары у них возникает сразу.

Например, позавчера за ужином Марго попросила:

– Танюша, дай мне кусочек зернового хлеба, я купила новый на пробу.

Я начала кромсать ножом твердокаменную буханку, щедро обсыпанную семечками, а Анфиса вдруг спросила:

– И сколько же стоит сей продукт ужасного вида и стопроцентно жуткого вкуса? Явно дороже простого «нарезного».

Марго незамедлительно кинулась в бой:

– Белый хлеб – это яд! В нем содержится клейковина, которая провоцирует желудочно-кишечные проблемы, пшеничная мука – смерть! А фитнес-батон полон полезных пищевых волокон…

– Я просто спросила, сколько денег ты отдала за железобетонную булку, – перебила ее Анфиса.

– Триста рублей! – объявила Маргоша.

Фиса вскочила, вытянула вперед руку и произнесла страстный монолог о погрязших в разврате буржуазных элементах, которые выбрасывают на ветер огромные капиталы, в то время как деревня Трезвая вымирает от алкоголизма.

Маргоша растерялась, а я не удержалась и спросила:

– Каким образом деревня связана с хлебом из семечек? Неужели, если Марго перестанет покупать его, местные мужики забудут про водку?

– Да, – топнула ногой Фиса, – хлеб всему голова! Каждый колосок в дело! Нет простою комбайнов! Нельзя ждать милостей от природы, наша задача взять их самим!

Я заморгала.

Эти лозунги я тоже где-то слышала! Или читала их в детстве в газетах? Моя классная руководительница устраивала политинформационные пятиминутки, во время которых частенько говорила нам и про хлеб, и про колоски, а потом читала передовицу из свежего номера «Правды»[2].

Анфиса продолжала фонтанировать словами, я не смогла сдержаться и побормотала:

– Что случилось? Кириллов сменил платформу? Он теперь деревенщик? Нацелился спасать русского крестьянина от зеленого змия?

Фиса неожиданно села и горько сказала:

– Олег предатель! Принял предложение стать мэром большого города в Подмосковье. Конечно, теперь шельмец точно станет депутатом.