Дефиле озорных толстушек

Алка постучала указательным пальцем по циферблату наручных часов и показала мне свой натруженный перст. Я поняла, что она вернется под окно моей темницы-светлицы через час, и кивнула в знак согласия.

Трошкина ушла, уводя пару парящих шаров, а я закрыла окно и вернулась на диван. Устроилась поудобнее и стала думать.

Открытое окно изменило микроклимат в комнате не в лучшую сторону. В жаре и духоте думалось плохо: медленно и исключительно короткими предложениями. Вдобавок, не хватало информации. Узнать бы, что накопал Зяма! Папуля командировал его к дому Милены еще утром, братишка наверняка уже очаровал все женское население квартала, и дамы с радостной готовностью ответили на все его вопросы.

Эх, как бы мне пообщаться с Зямой?

Трошкина такая умная, а не догадалась переправить мне мобильник! Привязала бы его к гирлянде шаров – и привет! Хотя, если бы шары пролетели мимо, мобильнику пришлось бы сказать «Пока!»… Да, пожалуй, переправлять ненадежным воздушным транспортом ценные предметы не стоит.

Я посмотрела на компьютер и перестала сердиться на Алку, начав сердиться на Дениса. Какой безответственный тип! У него закончилась интернет-карточка, а он и не подумал купить новую! Как будто за него это сделает кто-то другой!

В этом месте я сделала глубокий вдох, помолчала и сказала:

– А вот это мысль! Надо купить новую интернет-карту, и тогда я смогу влезть в «паутину» и поговорить с Зямой по «аське»!

До обещанного появления Трошкиной оставалось минут сорок, и я потратила их на поиски предметов, необходимых для письма.

Перерыла содержимое всех ящиков, но ни ручек, ни карандашей не нашла. Похоже, рукописных текстов Денис не создавал. Впрочем, принтера, который позволил бы письмо напечатать, тоже не было. В конце концов я изобрела оригинальный заменитель чернил, растопив на подоконнике шоколадку. Подходящего стила у меня не было, и я макала в коричневую гущу собственный мизинец, а писала на обратной стороне бумажной этикетки, отклеенной с бутылки минералки. Этот простой процесс отнял у меня жутко много времени!

Если кто хочет знать, почему мое письмо было коротким, пусть сам попробует начертать пару строк пальцем, густо испачканным шоколадом, на мятой бумажке в липких клеевых разводах! Понадеявшись на Алкину сообразительность, я написала: «Купи инет-к».

В ожидании прихода связной я облизывала пальцы и допивала минералку. Когда Трошкина возникла под окном, как внезапно выросший гриб, я уже была готова передать ей сообщение.