Я понимала, что зову Дамиана, раз за разом выкрикиваю его имя, царапаю ногтями спину и плечи, но не в силах была контролировать себя. Потому что любила его, как могла, как умела…
Майе не выпроводил меня из покоев по достижении точки наслаждения и даже не отстранился. Он откинулся на спину, перехватил мое запястье и притянул к себе, призывая меня устроиться у него под боком. Я положила голову на его сильное плечо и принялась водить указательным пальцем по мужской груди. Тратить время на сон было жалко.
Желая заполнить тишину, спросила еле слышно:
— Как думаете, генерал Майе, кто пытался вас отравить?
— Давай заведем правило: когда мы в постели, никаких «генерал Майе». Обращайся исключительно по имени. Оно так соблазнительно звучит в твоем исполнении. Особенно, на пике страсти… — его горячий шепот шевелил волосы на моей макушке. Немного погодя, Дамиан выдохнул и медленно произнес: — Честно говоря, без понятия. Уже голову сломал.
Я приподнялась на локте, чтобы получше видеть его глаза, и предположила:
— Может, архимаг Арнтор или архимаг Нолис.
У них есть и знания, и возможности.
— Ты их видела? — усмехнулся хозяин спальни. — Один постоянно ест, другой пребывает в меланхолии. Им жить-то лень, не то что варить по ночам зелья или строить кому-то козни.
— Принцесса Ламия? — спросила я с крайней степенью осторожности.
Дамиан забавно фыркнул и поморщился:"
"— Ужасно избалованная девчонка. Ничего не умеет и ничему не пытается научиться, вечно изображает из себя мученицу.
Не представляешь, каких трудов нам стоило уговорить ее сесть в карету, чтобы привезти на свадебную церемонию. Ее мать вообще думал, хватит удар, — Майе заметно разнервничался и поспешил сменить тему разговора: — Хватит о них! Расскажи лучше про инициацию. Что ей предшествовало? Что было после. Я не пытаюсь выудить имена, можешь их опустить. Чисто профессиональный интерес.
Я издала протяжный выдох, снова улеглась любимому магу под бок и погрузилась в воспоминания:
— Перед смертью отец бросил мне в лицо много малоприятных фактов: что я им неродная, что лихоманка — кара богов, ниспосланная ему и маме за годы заботы.
Наконец все встало на места. Я чувствовала, что они держались со мной холодно, и не могла понять, чем заслужила их… нелюбовь. Ведь чем больше я тянулась к родителям, тем больше они меня сторонились. На следующее утро отца не стало.
