– Это еда, – пояснил я, прежде чем её взгляд воинственной амазонки не убил официантку через двери.
Согласно кивнула головой, усаживаясь за стол.
Мне везёт. Может, после еды этот зверёк станет более ручным и даже себя погладить разрешит. Руки почти в натуральную чесались, желая прикоснуться к ней, но сейчас она такая же недоступная как когда-то космос для людей.
Открыл двери.
Маша плавно вкатила тележку с нашим заказом, но едва она прикоснулась к блюдам под серебристыми крышками, я её тормознул.
– Большое спасибо, Мария.
Дальше я сам. Пока попрошу нас не беспокоить.
Девушка вежливо улыбнулась и быстренько исчезла за дверью. Закрыл нас обратно на замок, а то мало ли … сейчас в меня салаты и горячее полетит.
Едва развернулся к столу, как прямой синий взгляд продырявил мне череп.
– Кто ты на самом деле? – контрольный залп для моей панихиды.
Берсеньева катастрофически ненавидит ложь, а я просто состою из неё. Этот вопрос я больше всего не желал услышать именно сейчас.
– Имя-то хоть настоящее?
– Имя моё, и адвокатская контора настоящая и тоже моя, а также этот комплекс, одна небольшая аэрокомпания, парочка отелей, есть ещё недвижимость и бизнес за границей.
Я не сам всего достиг, это больше заслуга родителей, так что я вроде принца.
– Нет, Владислав Владимирович, вы не принц, вы- конь! – поджимая губы, высказалась Мира. – Обслужите меня, ваше высочество.
Когда она переходит на формальности – жди беды. Вздохнул тайком, но сейчас не мой миг, так что молча подкатил тележку к обеденному столу.
– Только ножом в меня не тыкай, – попросил мою эмоциональную Ягодку.
– Я подумаю.
Выставил перед ней блюдо, второе, налил красное вино, буквально на два глотка, а сам сел напротив.
– Не голоден? – спросила Мира, кровожадно накалывая черри на вилку.
Уверен, это она мысленно часть моего тела пришпилила.
– Нет.
– А я вот голодна. Зверски. Ещё и прибить кого-нибудь хочется. Да проблемка – не знаю, с кого начать.
И теперь проткнула лист салата, что по залу прошёлся стон фарфора и скрежет вилки.
– Так вышло, – криво завершил я, что самому противно стало.
Налил полный бокал вина и залпом осушил.
– Ковальский, ты на вино-то так не налегай. С тобой трезвым чокнуться можно, а уж с пьяным, боюсь, вообще только в дурку ехать. Лучше скажи, зачем весь этот балаган?
Её голос звучал почти дружелюбно, так что у меня один шанс на помилование.
– Ты мне сразу понравилась, но наши отношения изначально пресекла по категории «невозможно» и «никогда».
