Поблагодарила парня от всего сердца, что у юнца аж, кажется, румянец проступил. Да я его расцеловать была готова, что так быстро сработали.
– Вот, – выуживая из рабочего кейса справку от врача, положила на середину стола. – Изучайте, а меня ждут эти восхитительные яички.
– Яички? – нервно переспросил босс, отбрасывая листок бумаги мне обратно.
Но я довольна как слон – босса уделала, завтрак стоит передо мной. Иногда для счастья мне надо совсем немного.
– Да-а, – томно протянула я. – Такие упругие и аппетитные, что хочется разом проглотить.
Ковальский шумно выдохнул, превращая салфетку в его руке в сжатый маленький комочек.
– Мира, – предостерегающе начал мужчина.
– Влад, – скопировала его тон, но вспомнила о своих возможностях. – Хочу пирожное с кремом – много крема и ягодка сверху. Принеси.
Его бровь изогнулась в большом знаке вопроса.
– О да, зая! Сейчас моя очередь. Хочу-у.
Тут главное, сильно не улыбаться. Играть надо по-настоящему.
Ковальский встал. В штанах у него тоже стояло. Ну просто половой гигант.
– Босс, вы бы прикрыли свою мачту, – иронично заметила я, указывая взором на его пах.
– Ну если только вставить её кому-нибудь. И я даже знаю кому.
Ой-ой, напугал. В его голосе снова усилились рычащие нотки, а еще эта хрипотца … вызывали в моём теле вибрацию, переходящую в острое желание.
– Ковальский, десерт! – строго напомнила я, стараясь не спалиться.
Я тоже его хотела.
Влад ушёл, кипя как самовар.
Через минут пятнадцать вернулся с блюдечком в руке. Как раз вовремя, так как с заказом я уже разделалась.
– А что так долго? – тут же возмутилась я, но пирожное забрала.
Всё выглядело так, как я и описала.
– На заказ.
Я улыбнулась, так как стойкость мужчины требовала награды и поощрения.
– Босс, вы просто душка.
И, прихватив чайной ложкой большую порцию крема, с вожделением засунула его в рот, издавая тихий стон наслаждения.
Запрокинув голову, посмотрела на мужчину, всё ещё продолжающего стоять возле меня. Он смотрел прямо мне в рот, будто готов сейчас отобрать пирожное и съесть его в одного.
– Хотите попробовать? – расщедрилась я, снова набирая крем в ложку.
И, откинувшись на спинку кресла, поднесла ложечку ближе к его лицу.
– Хочу, – тихо ответил он, наклоняясь ко мне.
Моё запястье с десертом он перехватил ладонью и отвёл в сторону, а сам резко впился в мои губы. Его язык прошёлся по моему рту, а в конце поцелуя он даже слегка пососал мою нижнюю губу.
И, вашу мать, это было охренительно возбуждающе.
