– Вкусно, – хрипло резюмировал начальник, выпрямляясь, по пути съедая крем с моей ложки, что всё ещё удерживал в захвате. – Почти так же вкусно, как твой оргазм у меня на языке.
Наверное, я больше никогда не смогу нормально есть пирожные с кремом. Чёрные глаза прожигали во мне дыры, а я боролась с желанием закатить глаза и попросить его ещё раз меня поцеловать как секунду назад – жадно и терпко.
– Пошляк, – наконец-то выдавила из себя.
Ковальский уже хотел отойти, но на моё замечание остановился и доверительно на ушко прошептал.
– Это слабо сказано, так как ты просто не представляешь, что я мысленно с тобой уже сделал.
– Представляю, зая.
– И самое главное, Ягодка, тебе нравится, как я тебя трахаю без лишних соплей и разговоров.
НРАВИТСЯ! Сволочь он!
Я тяжело дышала, так как воспоминания о возможностях Ковальского были свежи, а его шёпот и сладкие угрозы будоражили кровь.
– Но нам пора, Берсеньева. Придётся эпический трах твоей сладкой вагины перенести на вечер. Потерпи немного.
Босс выпрямился и, резко подхватив свою чашку, допил кофе.
К моей радости, его пальцы дрожали, что приходилось крепче сжимать ручку. На штанах вырос знатный бугор, хоть салфетку навешивай. Ни я одна тут сгорала от похоти и неудовлетворённости. Один- один.
Тоже выпила свой кофе, стараясь заглушить в теле непозволительные сигналы.
– Готова? – не глядя на меня, спросил босс.
– Конечно, Владислав Владимирович! Я как пионер – всегда готова. Да и вы босс тоже, смотрю, из пионеров.
Мужчина стиснул челюсти и молча подхватил рабочий кейс с соседнего кресла.
Я тоже поспешила и заодно оглядела зал ресторана.
Слава богу, народу было кот наплакал. Отель больше туристический, а в это время постояльцы все находятся на просмотре достопримечательностей или охлаждаются в водичке.
Вот мне бы тоже холодный душ не помешал, а то ведь сама несчастного боссика изнасилую."
"Глава 13"
"Мирослава
Это пытка! А к ним я не привыкла.
Влад весь день поддерживал меня в состоянии постоянного возбуждения, но не давая возможности удовлетворить потребности тела.
Эти его, вроде бы, случайные прикосновения к спине, рукам и даже коленям, а ещё его взгляд. Порочный и дикий. Я чувствовала себя голой и голодной.
Теперь я, конечно, понимала Ковальского лучше и даже сочувствовала где-то в глубине души. Такое напряжение в теле очень сложно выдержать!
Но план мести за мои мучения уже созрел. Завтра с утра он заработает, и моему зайцу придётся или подчиниться, или снова расторгнуть договор.
