Пару минут тишины, и я бросил изучать в окне городские пейзажи Барселоны, возвращаясь к разглядыванию недовольной мордашки моего бывшего юриста и будущего партнёра.
Девушка демонстративно перекладывала на своём столе десять бумажек, явно давая негласный намёк – отвалить от неё и забыть.
Но я раз это уже сделал, и вон оно чем, вашу мать, обернулось!
– Мирослава… – спокойно начал я.
– Я работаю.
Методика глубокого дыхания.
Эту беременную женщину я искал два дня, а она, оказывается, работает.
Её друзья дали обет молчания, и если бы не гинеколог…, то я бы ещё полгода искал. Мне повезло, что несчастная женщина боится мужчин, находящихся в неадеквате. Пришлось, конечно, соврать – якобы моя благоверная хочет сделать аборт, а мне надо спасти её от ужасной ошибки.
– Над чем? Случаем не о том, как придумать ложь покруче?!
Она хмыкнула, как всегда, дерзко вскидывая тонкую бровь. Этот её взгляд полного превосходства надо мной всегда ужасно бесил, и она это знает и использует!
– Что ты на меня так смотришь? На мне узоров нет.
– Да вот думаю, когда у тебя совесть проснётся, – намекнул девушке, что в этот раз её номер не прокатит.
– Влад, что ты несёшь? У меня-то как раз с совестью всё в порядке. Этот вопрос лучше себе переадресуй.
– Слушай, Мир, тебе лучше сказать самой, пока я относительно спокоен. Лучше не провоцируй меня на крайности.
– Ты о чем, Ковальский? Я уволилась, избавила тебя от своего общества, ты же мечтал об этом? Вот! Теперь разошлись и живём как жили.
– Как жили уже не получится.
– Слушай, Ковальский, что тебе от меня нужно?
Мирослава, как всегда, не сдавалась. Упрямица!
– Я жду, когда ты сама мне всё расскажешь.
– Да что такого я должна тебе поведать?! Предсказания на весь год?! Не умею я! Хотя могу кое-что! До свидания, Владислав Владимирович, а нет! Правильнее – прощайте!
И ручкой коза помахала.
– Мира-а, мое терпение на исходе!
Внутри меня горел пожар желания, и бешенство уверенно подбиралось до мозгов.
Скоро накроет, а тогда пиздец!
– Ну и что ты мне сделаешь? Снова одаришь секундным сексом на столе?! Уже проходили, не интересует! Я вообще считаю наш разговор бессмысленным, а потому ухожу.
– Да когда ты несёшь хуйню всякую, то действительно бессмысленно! НО жизнь моего ребёнка я не считаю какой-то ерундой!
Мирослава тормознула посередине кабинета, глубоко вздыхая. Её прямая спина, кажется, скоро сломается от напряжения.
