Декстер в деле

Я рухнул на пол, пытаясь восстановить способность к дыханию, а из дальней дали женский голос произнес:

— Так нельзя… остановите их!

Я вяло порадовался, что кто-то «их» остановит, но тут другой голос воскликнул:

— Эй, вы, дети! Это выставочный экспонат! Не лезьте!

В сознание забрезжила мысль: кто-то хочет помешать Коди и Эстор освободить их маму и тем самым нарушить экспозицию.

Воздух просочился в мои легкие, в горле вдруг больно запершило — Вайссу пришлось выпустить из рук свою леску, чтобы схватиться за камеру.

С воздухом ко мне вернулись свет и смысл, я сумел подняться на колени и посмотреть вокруг.

Вайсс нацелил камеру на женщину в толпе, ту самую, что отругала Коди и Эстор за их вмешательство.

На вид за пятьдесят, одета очень стильно и все еще кричит на детей: прочь! не лезьте! вызовите охрану! К счастью, дети ее не слушали. Они уже освободили Риту со стола, хотя руки ее были по-прежнему связаны, а во рту торчал кляп. Я поднялся, но не успел сделать и шагу, как Вайсс опять схватил мой поводок, туго натянул, и в голове снова вспыхнуло полночное солнце.

Издалека очень глухо донеслись звуки потасовки, леска у меня на горле чуть провисла, а Вайсс проговорил:

— Ну уж нет, засранец мелкий!

Когда в мой мир просочилось немного света, я разглядел, что Эстор на полу, а Вайсс пытается выхватить у Коди отвертку. Я с трудом поднял руки к горлу, подергал за леску, ослабил достаточно, чтобы сделать глубокий вдох — что, наверное, было правильно, но вызвало дико болезненный приступ кашля.

Когда я снова смог дышать, Коди лежал на полу рядом с Эстор в дальнем углу выставочного стенда, под настольной пилой, а Вайсс стоял над ними с отверткой в одной руке и камерой в другой. Дети не шевелились, только у Эстор чуть подергивалась нога.