Статский советник сломал печати и вынул указ Правительствующему Сенату. Государь повелевал во исполнение прошения Александра Нефедьева считать его дочь Варвару законной, с возвращением ей прав состояния в полном объеме.
Павел Афанасьевич уселся в кресло, раскурил старинную трубку и сказал помощнику:
– Вот теперь можно и в Петербург!
«Демон»
В первых числах января 1882 года в Департамент государственной полиции поступило отношение от варшавского генерал-губернатора Альбединского. Тот сообщал, что в Сувалкской губернии появились в обороте поддельные четырехпроцентные билеты Государственного банка.
И такого исполнения, что от настоящих не отличишь!
Плеве отписал бумагу вице-директору Благово и тут же забыл о ней. Павел Афанасьевич тоже сначала не обратил внимания на варшавскую новость. Сувалки далеко, а главная беда Департамента сейчас – это террористы. Пусть фальшивыми билетами озаботится Министерство финансов.
Оно и озаботилось… Николай Христианович Бунге только что был утвержден министром после полугодового пребывания в должности управляющего.
В Гатчине он встретился с графом Игнатьевым[46] – оба ездили надоклад к государю – и огорошил его новостью. Фальшивые билеты обнаружены в Петербургской губернии, и сразу в больших количествах. О происшествии доложено Его Величеству и разъяснено огромное значение мошенничества. Финансы России расстроены после Русско-турецкой войны. И такая диверсия есть страшное зло, хуже любого другого преступления.
Граф Игнатьев зашел к государю и вышел оттуда с новым поручением – найти и раскассировать фальшивомонетчиков.
Вынь да положь! Вечером того же дня августейшее приказание через Плеве спустили Благово. Вячеслав Константинович был сдержан. Он сказал:"
"– Павел Афанасьевич, я понимаю вашу загруженность. Но дело относится до уголовных, я не могу поручить его Дурново[47] и еголюдям. А у вас есть Лыков, да и сами вы собаку, извините, съели. Извольте выполнять. Со своей стороны обещаю помочь, чем требуется.
Статский советник попросил о двух вещах.
Пусть с него и с Алексея временно снимут мелкие дела, отнимающие время. Крупные, вроде дознания аферы в ведомстве императрицы Марии Федоровны, можно оставить. Там конец уже виден, надо лишь оформить бумаги. Дело об убийстве князя Друцкого-Соколинского с подделкой его векселей тоже близко к завершению. Прочее, что время от времени падает на голову сыщикам, лучше отложить. Плеве тут же с этим согласился.
Вторая просьба была щепетильнее.
