Деликатесы Декстера

Она наклонилась и клюнула его в щеку. Египетский крест, украшенный огромным бриллиантом, качнулся вперед и тоже стукнул его по щеке.

— Да, — ответила она, — увидимся вечером.

Она поплыла к двери. Я, внезапно осознав, что пялюсь на нее, встряхнулся и пошел следом.

Дебора стояла у лифта, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая по полу носком ботинка. По всей видимости, не задумываясь о том, насколько неловкой оказалась ситуация, Алана Акоста плавно подошла к ней и встала рядом. Дебора посмотрела на нее.

Ей пришлось вывернуть шею, чтобы заглянуть в лицо Алане, но она с этим справилась. Алана ответила на ее взгляд безо всякого выражения и отвела глаза, когда прозвенел звонок и двери лифта раскрылись. Алана вошла внутрь, и Дебора, скрипя зубами, была вынуждена последовать за ней, не оставляя мне никакого выхода, кроме как втиснуться между ними в надежде, что я смогу предотвратить поножовщину.

Но драки не произошло. Двери закрылись, лифт заскользил вниз, и прежде чем Дебора успела сложить руки на груди поудобнее, Алана взглянула на нее и сказала:

— Я знаю, где Бобби.

Мы не сразу нашлись с ответом. Это был один из тех случаев, когда слова повисают в воздухе и все знают значение каждого из них по отдельности, но не сразу могут связать их, чтобы придать им тот смысл, который кажется правильным. Лифт продолжал двигаться вниз. Я поднял взгляд на Алану. Мои глаза оказались примерно на уровне ее подбородка, и мне открывался хороший обзор на ее ожерелье.

Подвеска действительно представляла собой египетский крест, как я и подумал. Слегка более вытянутый, он заканчивался острием, которое вполне могло проколоть кожу. Я подумал, не заработала ли она из-за него парочку шрамов. И хотя я не разбирался в бриллиантах, этот вблизи выглядел настоящим и был очень велик.

Разумеется, Дебора, у которой не было такого вида на украшение, пришла в себя первой.

— Какого черта вы хотите этим сказать? — поинтересовалась она.

Алана посмотрела на нее сверху вниз.

Разумеется, с высоты своего роста она не могла поступить иначе, но дело было не только в этом. Она смотрела на Деб снисходительно, как на что-то забавное, с таким видом, который могут напускать на себя только англичане. Наконец она ответила:

— А что бы вы хотели услышать, сержант?

Слово «сержант» прозвучало в ее устах как название какого-то занятного насекомого. Разумеется, это не могло укрыться от моей сестры. Она вспыхнула.