Деликатесы Декстера

Как она будет без меня? Кто будет учить ее ездить на велосипеде, читать сказки?

Саманта снова тихо застонала, и я взглянул на нее. Она медленно и судорожно билась в путах, как игрушка с подсевшими батарейками. Ее отец тоже читал ей сказки. Вероятно, мне не стоило повторять его опыт. Во всяком случае, Саманте его забота сослужила плохую службу. Впрочем, при настоящем положении вещей мне все равно не придется никому ничего читать. Дебора. Я надеялся, что с ней все в порядке. Несмотря на ее странное поведение в последнее время, она оставалась стойкой и живучей, но получила сильный удар по голове и выглядела совершенно безжизненно, когда ее тащили вниз.

Внезапно Алана воскликнула:

Я обернулся посмотреть. Группа людей появилась в луже света, отбрасываемого одним из работающих фонарей. Это была новая компания жаждущей развлечений молодежи в пиратских костюмах, и я задумался: сколько же еще людоедов может скрываться в Майами? Они возбужденно и бестолково двигались, как стая чаек, размахивая пистолетами, мачете и ножами.

В центре группы я различил троих: Сезара — человека, которого Алана послала в парк, Антуана — второго телохранителя и Бобби. Они тащили волоком еще одного мужчину, который, по всей видимости, находился без сознания. За ними шел человек в черном одеянии с капюшоном, скрывавшим его лицо.

Человек, которого волокли телохранители, запрокинул голову, свет от фонаря упал ему на лицо, и я смог разглядеть его между бестолково толпящимися людоедами.

Эйнштейн утверждал, что наше ощущение времени всего лишь фикция. Не буду притворяться, что когда-либо считал себя гением, способным это осознать, но сейчас впервые в жизни на меня снизошла хотя бы тень прозрения. Когда я увидел лицо Чатски, мир остановился. Времени больше не было. Я почувствовал себя запертым в мгновении, которое будет длиться вечно, или, возможно, персонажем живописного полотна. Силуэт Аланы, замершей у фальшборта старого аттракциона в виде пиратского корабля, ее лицо, застывшее в хищной улыбке, пять неподвижных фигур в пятне света под фонарем: Чатски с безжизненно запрокинутой головой, Бобби, тянущий его за руки, и странная фигура в капюшоне с ружьем Сезара в руках.

Вокруг них — компания пиратов, которые стояли в карикатурно угрожающих позах. Никто не двигался. Я не слышал ни звука. Все остановилось и превратилось в картину под названием «Конец надежды».