Деликатесы Декстера

— А это кто? — спросил я, показывая на огромное пятно крови.

— Пропавшую девушку зовут Саманта Альдовар, — ответила Дебора, — восемнадцать лет. Ходит в школу для богатеньких детишек «Рэнсом Эверглейдс».

Я огляделся. Если не считать крови, комната выглядела совершенно обычно: письменный стол со стулом, далеко не новый ноутбук, зарядное устройство для айпода. На стене, которой посчастливилось избежать кровавых пятен, висел постер с задумчивым молодым человеком. Снизу было подписано «Тим Эдвард», и еще ниже «Сумерки».

В шкафу хранилась неплохая, но не шикарная одежда. Ни комната, ни дом не свидетельствовали о том, что у их владельца хватало денег на обучение ребенка в дорогой школе, но в жизни случается многое, а документы из банка никто не развешивает на стенах специально для меня.

Может быть, Саманта инсценировала свое похищение, чтобы вытянуть из родителей деньги? Это было обычным делом, и, если пропавшую девушку постоянно окружали детки богатых родителей, она могла захотеть обзавестись джинсами от известного дизайнера.

Дети, благослови их Господь, бывают очень жестокими. Особенно к тем, кто не может позволить себе свитер за пятьсот долларов.

Но в любом случае по комнате ничего нельзя было сказать. Мистер Альдовар вполне мог оказаться тайным миллиардером, способным слетать в Токио перекусить суши и во время полета скупить весь район. Но не исключено, что он человек с очень ограниченными возможностями и школа выплачивала Саманте какое-то пособие.

Это сейчас являлось не главным. Важно оказалось понять значение этого жуткого пятна и привести все в систему.

Неожиданно я обнаружил, что Деб смотрит на меня, и, дабы избежать очередного покушения на мой трицепс, я кивнул ей и начал бурную деятельность. Я поставил свою сумку с инструментами на стол и открыл ее. Сверху лежала камера, и я сделал дюжину снимков пятна и стены вокруг него. Затем, вернувшись к своим инструментам, я надел латексные перчатки, взял ватную палочку и пробирку и осторожно подошел ко все еще поблескивавшей кляксе.

Найдя место, где слой крови был самым толстым и все еще влажным, я аккуратно воткнул в него палочку, собирая достаточное для хорошего образца количество этой мерзости. Потом аккуратно положил ее в пробирку, плотно закрыл и отошел в сторону. Дебора все еще смотрела на меня так, будто искала подходящее место для очередного тычка, но постепенно ее лицо смягчилось.