Деликатесы Декстера

Придя в себя, она одарила супругов Спанос самым ледяным из виденных мной взглядов.

— Какого черта? — спросила она сквозь зубы.

Возможно, какие-то человеческие чувства были моим новым приобретением, но любопытство таковым не являлось, и я наклонился взглянуть. Мне не потребовалось долго изучать содержимое чемоданчика, чтобы понять, какой именно черт там находился.

Деньги. Много денег.

Судя по верхнему слою, чемоданчик был набит пачками стодолларовых банкнот, перемотанных банковской лентой.

Их было много, так много, что я не представлял, как Спанос вообще смог его закрыть, разве что мистер Хвост стоял в это время на крышке.

— Полмиллиона долларов, — сказал Спанос, — наличными. Отследить невозможно. Я доставлю их куда скажете. В банк на Каймановых островах, куда угодно.

— И что мне нужно сделать? — спросила Дебора безо всякого выражения. Если бы мистер Спанос знал ее также, как я, он бы занервничал.

Но Спанос ни о чем не догадывался, и, казалось, ее вопрос придал ему уверенности.

Он улыбнулся. Не то чтобы это было похоже на счастливую улыбку, скорее он пытался доказать, что его лицо еще способно принимать это выражение.

— Почти ничего, — ответил он. — Только… — Он поднял руку. — Когда вы найдете зверей, убивших мою девочку… — Его голос задрожал, и он умолк, вытирая о рукав очки. Надев их, он прокашлялся и продолжил, глядя на Дебору: — Когда вы их найдете, первым об этом узнаю я. И все.

Позвоните мне на десять минут раньше, чем кому-то еще. Всего один звонок. И деньги ваши.

Дебора пристально посмотрела на него. Он ответил ей тем же и на несколько секунд перестал быть хныкающим и всхлипывающим человеком, став мужчиной, который точно знает, чего хочет, и точно знает, как это получить.

Я посмотрел на пачки во все еще открытом чемоданчике. Полмиллиона долларов. Это казалось огромной суммой. Меня никогда по-настоящему не привлекали деньги — в конце концов, я же не пошел учиться на юриста, — они всегда казались мне тем средством, которое обычные люди используют, чтобы доказать друг другу свою исключительность.

Но сейчас, когда я смотрел на аккуратные ряды в чемоданчике, они представлялись мне чем-то вроде шкалы социального статуса. Я видел уроки танцев для Лили-Энн и полный курс колледжа, прогулки верхом и новые платья, услуги стоматолога и поиски ракушек на пляже на Багамах.