– Откуда ждать удара, если кому-то взбредёт в голову взорвать платформу?
– Разве что снизу, – высказал свое мнение Джокер, – из-под воды.
– Подводная лодка? Её враз засекут пограничники. Диверсанты-камикадзе?
– Сюда хрен кто доплывёт с островов, – покачал головой Зюма.
– А обученные дельфины или косатки?
– Да кому это надо, торпедировать платформу касатками? – удивился Зяблик.
– Дай бог, чтобы никому, – жёстко сказал Афанасий. – Но мы должны предусмотреть все варианты, даже если они и кажутся кому-нибудь дурацкими.
Идите в кубрик, работайте по своим методикам.
– А ты? – спросил Джокер.
Афанасий заметил яркий костюм Кирилла Силантьевича.
– Я потолкую с начальником смены. Майор, проводи.
Шаймиев махнул рукой экстрасенсам, направился к лестнице. Члены группы потянулись за ним, косясь на море и на появившиеся на горизонте облака.
Двигуненко взглядом спросил у командира, что ему делать.
– Постереги кубрик, – сказал ему Афанасий. – Чтобы никто им не помешал.
Тарас ушёл вслед за остальными.
На палубу взобрался Кирилл Силантьевич.
– Ну как, осмотрелись?
– Всё отлично, приступаем к работе.
– А что собираетесь делать конкретно, если не секрет?
– Изучать психосферу, – усмехнулся Афанасий, вспомнив фразу Шаймиева. – Сколько людей сейчас работает на платформе?"
"– В смене тридцать человек, работаем по шесть часов. Но это ещё не штатное расписание, чисто наладочное, предпусковое. Вообще численность экипажа буровой – сто двадцать человек, по сорок в смене, каждая будет работать по четыре часа через восемь.
– Я имею в виду, сколько людей на платформе в данный момент.
– Этого я не знаю. Наших – около сотни, и ваших человек десять.
– Кого вы имеете в виду – «ваших»?
– Ну как же, – ухмыльнулся Кирилл Силантьевич, – разве вы не из безопасности?
Афанасий сдержал ответную улыбку. На платформу перед запуском действительно могли пропустить только специалистов с соответствующими допусками и чекистов.
– Советую на эту тему не распространяться.
– Я понимаю.
– Пограничники давно здесь стоят?
– «Севастополец» пришёл вчера, до этого «Бора» дежурил, ракетный катер на воздушной подушке. Сколько пробудет этот, не знаю. «Балкер» – наше судно, привозит материалы и готовые конструкции. Корабли автономны, и экипажи на платформу не высаживаются.
– Металлодетекторного контроля у вас нет?
– Зачем? Мы же не аэропорт. На берегу знают, кого сюда посылают.
– Что ж, спасибо за приём.
