Последний довод попал в цель. Он на минуту оставил меня одного и вернулся со списком уходов и приходов Хелен за последние две недели.
В день смерти она ушла из офиса в 18.00.
Сидя в гостиной у Лэнсдейна, мы восстановили последний вечер в жизни Хелен. Лэнсдейн разложил на журнальном столике карту Нью-Гэмпшира. Я перечислил все, что нам было известно:
– В 18.00 Хелен уходит из офиса, в 21.05 звонит Перри, в 22.00 входит в этот “Фанниз” на западном съезде с автострады 1.
– Самый логичный путь, чтобы попасть домой, – заметил Лэнсдейн.
– Значит, она едет домой. Но она взволнована. Явно обнаружила что-то, что ее очень встревожило. Перри на звонок не отвечает. Она чувствует, что у нее скоро случится сердечный приступ. Видит “Фанниз”, решает остановиться и передохнуть. Не знает, что делать с добытой информацией, и звонит вам.
– Если она в тот вечер узнала что-то важное, – подхватил Лэнсдейн, – ей, скорее всего, захотелось сразу сообщить об этом Перри.
– Она ему звонила в 21.05, – сказал я. – То есть это значит, что она была примерно в часе езды от “Фанниз”?
– Точно, – кивнул Лэнсдейн.
– И это отлично согласуется с ее уходом из офиса в 18.00. Ей нужно время дойти до парковки, забрать машину, потом еще час пик, значит, до пункта назначения она добралась часа через полтора, примерно к 19.30. Пока она еще блуждает в потемках – наверное, изучает список адресов, как и мы собирались. Значит, еще часа полтора она ездит по разным улицам, ищет соответствующий адрес. И наконец находит.
Изложив эту гипотезу, Лэнсдейн уверенно очертил на дорожной карте круг с радиусом в час езды – зону, где могла начаться наша кропотливая работа.
* * *Следующие десять дней я, проводив Лизу в школу, в одиночку разъезжал на машине по Нью-Гэмпширу. Город за городом, деревня за деревней, просеивал все Норс-стрит, 10, Нортон-стрит, 10, Нордхэм-булвард, 10, Норфолк-авеню, 10, и тому подобное.
Мне приходилось останавливаться у каждого нужного дома, какое-то время за ним наблюдать в надежде увидеть тамошнего обитателя или что-то заметить – непонятно, что именно.
Завершались мои ежедневные поездки к часу, когда Малия и Лиза возвращались домой. Тогда я снова превращался в отца-заместителя. Вскоре Перри стал спрашивать, куда это я отлучаюсь. Я, разумеется, подготовил себе алиби: ссылался на поездку в отдаленный магазин, на прогулку за городом, на экспедицию в торговый центр – даже притащил в подтверждение купленную впопыхах и совершенно бесполезную галошницу.
