Дело черного мага. Том 1

Алекс услышал недвусмысленный щелчок введенного в состояние покоя курка зачарованного револьвера.

– Джо, – пожал плечами Дум.

– Что значит – Джо? Эта штука… мои линзы не смогли ее просканировать. Они вообще ничего не показали!

Да, когда Алекс впервые увидел охранника клуба, то тоже был удивлен данному феномену, но со временем привык к несостыковке. А еще отвык задавать вопросы, на которые заведомо невозможно получить сколько-нибудь вразумительного ответа.

– Дум, бл… – Грибовский споткнулся на лестнице, и ругательство перешло в неразборчивый шепот.

Алекс лишь подтвердил свои догадки. Ходили такие слухи, что линзы различных государственных структур отличаются по функционалу от обычных.

А тут речь шла о Гвардии – организации столь древней, что большинство стран Старой Земли не годились ей даже в качестве младших братьев и сестер.

– И они… они не показали ничего. Абсолютно. Так что я спрошу еще раз – кто или что там сидит?

– Джо, – еще раз ответил Дум, – просто Джо.

Они как раз уже добрались до крышки колодца. И в данном случае то была не столько фигура речи, сколько описание входа в главный зал клуба.

Хозяин заведения (хотя, скорее, тайной организации, представляющей альтернативное правительство для тех, на кого мир смотрел сквозь пальцы – темных существ) Фарух любил не только Киану Ривза, но и фильмы ужасов.

Так что в зал Алекс с Грибовским вошли (или, скорее, выбрались) из самого настоящего аутентичного колодца. Причем, как утверждал сам Фарух, он использовался в съемках оригинальной версии того самого фильма.

Стоило только Думу очутиться непосредственно в “Бездне”, как по ушам тут же ударили низкие басы, а ритмичная, стучащая и скользящая музыка изменила ритм сердца на какой-то более подходящий местной атмосфере.

А атмосфера здесь была еще какая.

Приглушенный свет, создавший мираж едкого полусумрака, который лишь усугублялся дымом от сигарет, кальянов, сигар и трубок, вместе с дым машинами и прочей атрибутикой.

Свет красных, розоватых и алых софитов пронзал мрак подсводного пространства, но не достигал пола, а застывал где-то посередине, трансформируясь в плывущие над головами танцующих около сцены или пилонов на танцполах некие иллюзии самого разнообразного содержания.