— За такие штуки не расстреливают — не положено. Смотрите, сами все увидите.
В это время на помост шаркающей походкой поднялся местный мулла — Хафизатдин. Я его в прошлом году имел счастье мельком наблюдать в лагере Абдуллы Бекаева в процессе какого-то торжественного богослужения по случаю ратных успехов тутошнего отряда: небольшого росточка благообразный старец с солидной седой бородой, в здоровенной чалме и каком-то невообразимом черном балахоне. За год он не изменился — только, пожалуй, чуть располнел от благополучного жития.
Завидев муллу, Руслан проворно выбрался из машины, буркнув водиле: «Пошли!» — а нам показал кулак и посоветовал:
— Пока молитва будет — сидите тут как мыши. Если что — пристрелю!
Водила тоже покинул салон, не забыв выдернуть торчавший меж сидушек автомат и забросить его за спину. Мы остались без присмотра."
"— Ну вот, можно и на рывок, — деланно улыбнулся Мент и кивнул на приборную панель. — Ключики-то — вот они! Раз! И погнали…
— Ага, и впятером будем рулить, — оборвал я соратника, так некстати взявшегося каламбурить в преддверии чего-то мерзкого.
— Сиди уж лучше и помалкивай — посмотрим, чего они тут…
Мулла что-то говорил осужденным, прикасаясь пальцами к их опущенным лицам и изредка всплескивая руками, как коршун крыльями. Затем он встал боком к стенке, воздел ладони к небу и начал нараспев читать молитву — толпа вторила ему нестройным хором. Приговоренные тоже молились, отрешенно глядя перед собой и невысоко вздымая руки, — наручники ограничивали движения.
Не успели еще отзвучать последние слова молитвы, как мулла проворно спустился с помоста и юркнул в толпу, растворившись в плотной массе тел. Кто-то грозно крикнул, будто команду подал. Толпа в едином порыве подалась вперед, затем схлынула. Я еще раньше заметил большую кучу разнокалиберных булыжников, наваленную неподалеку от помоста, но не обратил на нее особого внимания, только мельком отметил, что, наверное, самосвал разгрузился для каких-то хозяйственных нужд…
Сейчас, когда толпа отхлынула назад, куча заметно поубавилась.
Зато у многих сельчан в руках оказались камни.
— Не понял, они что ж… — растерянно бормотнул Джо.
— Они то самое, — глухо процедил сквозь зубы Братский. — Смотри и запоминай, с кем дело имеешь…
Где-то неподалеку от помоста опять раздался грозный окрик-команда. Толпа на секунду притихла, затем вдруг заколыхалась, заплескалась, как вода в корыте, которое раскачивает малолетний шалопай.
