Очень хороший… В августе прошлого года ваш покорный слуга имел возможность исследовать в данном районе чуть ли не каждый квадратный сантиметр на ощупь — ползал тут на пузе кругами от нечего делать. Воевали мы тут с местными ребятишками — бились насмерть. Я со своими пацанами «держал» школьный подвал для остатков блокпоста милицейского полка, а господа «духи» (не иррациональные субстанции мистического происхождения, а обычные чеченские боевики) хотели выбить нас оттуда и таким образом перекрыть кислород нашим хлопцам.
Хотели очень сильно — как только не изощрялись! С того момента, собственно, и начались мои злоключения, которые в конечном итоге привели меня в исходную точку… Несмотря на необходимость спешить, я на миг остановился и всмотрелся в забор автобазы, расплывчато белеющий слева от дороги. В набегающем свете фар что-то тускло блеснуло. Надо же, а! Таки не заделали тот злополучный пролом — видимо, как-то не до этого тутошним автомобилистам было. И бочка на месте — на этой бочке один злобный «дух» (УАЕД) осквернил труп моего сержанта Лешего (ЦН).
А неподалеку от этого места второй злобный «дух» (тоже, естественно, УАЕД) отрезал голову двум моим мертвым бойцам. А во-о-он там, чуть левее школы, аккурат у самого забора автобазы, я публично расстрелял этих двух уродов, когда армейцы нас разблокировали и медики принялись за «разбор» (эвакуация раненых и транспортировка трупов после боя). С этого расстрела, собственно, все и началось…
Машина поравнялась со мной и притормозила. Две правые дверцы одновременно распахнулись — из передней показалась голова и спросила по-чеченски голосом Гасана:
— Мага, это ты?
— А кто тут еще может быть? — коверкая голос, ответил я и постарался изобразить радушие:
— Салам, Гасан!
— Салам, Мага, садам, дорогой! — лживо воскликнул Гасан.
— Давай садись — поедем поговорим…
— Нет, дорогой, у тебя в машине люди, а разговор не для посторонних ушей. Давай-ка лучше отойдем, — предложил я и напрягся в ожидании. От того, как сейчас поведет себя Гасан, зависит дальнейший ход событий: либо он соглашается и я аккуратно работаю по схеме варианта № 1, либо… либо начинаю функционировать в режиме варианта № 2.
Давай, Гасанчик, соглашайся — в этот мерзопакостный вечер мне совсем не хочется никого убивать!
— А что у тебя в сумке? — вкрадчиво поинтересовался Гасан, силясь рассмотреть мое лицо. — Это что — столько компромата?!"
"— Все свое ношу с собой, — прошамкал я, чувствуя, как легкая грусть наполняет мое чувствительное нутро.
