Вот и…
— Так вы что, подозреваете меня и мадам Ловаль в этом мерзком деянии? — лживо удивился я. — И поэтому не даете нам шагу ступить? Ну вы и выдумщик, милейший Эль! Надо же — вообразить такое! Да-а-а, такого я еще не слыхивал… И что — мы с Эдит до сих пор в вашем списке подозреваемых?
— Нет, уже все, — поспешно сообщил Эль. — Ваша непричастность к данному злодеянию сомнению не подлежит. Это доказано на практике… — Тут Эль пустился в пространные объяснения по поводу неизбежных издержек своей нелегкой работы, которая выматывает все нервы и высасывает все соки — и не только у него одного, но и у всех, кто его окружает.
Вот они втроем — витязи кожаного плаща и чеченского кинжала, — они не покладая рук пахали все это время, чтобы вывести меня на чистую воду и доказать, что это именно я и есть тот самый мерзкий международный террорист. Подозрение, понимаете ли, у бдительного Эля возникло в отношении моей скромной персоны — после того самого первого посещения номера мадам Ловаль, в ходе которого он обнаружил одну незначительную на первый взгляд деталь…
— Вот скажите… вы окно открывали в номере? — спросил вдруг Эль, по-видимому, до сих пор терзаемый страшными сомнениями по поводу данного аспекта.
— Только честно — ладно?!
— Открывал, — честно признался я и сделал удивленные глаза. — А откуда, собственно…
— Вот видите! — торжествующе воскликнул Эль. — А вы говорите… Зачем же, если не секрет, вам было открывать окно, когда достаточная вентиляция помещения обеспечивается наличием постоянно открытой форточки? Представляете, какие подозрения этот факт может посеять в сознании профессионала?
— Не представляю, — не согласился я, изобразив крайнее недоумение.
— При чем здесь окно? Как сочетается наше окно и ваш террорист?
— Можно выбраться из окна, пройти по карнизу, забраться на следующий этаж по… ну, не важно — короче, забраться вполне можно, — объяснил Эль.
— И, попав таким образом в номер господина Бермана, позвонить с его телефона. Картина ясна?"
"— Бред какой-то, — я выпятил нижнюю губу и презрительно фыркнул. — Зачем все эти ухищрения? Надо быть круглым идиотом, чтобы в такую погоду лазать по карнизам и перепрыгивать с этажа на этаж — и все ради какого-то телефонного звонка! Черт знает что такое… Мне кажется, дражайший Эль, у вас и ваших коллег налицо все признаки типичной шпиономании.
