Опп-па! — увесистый кулак рыжего со свистом рассек воздух над моей головой — в последний момент я таки умудрился освободиться от захвата и чуть-чуть присесть.
Щщщух! — второй кулак не замедлил последовать за первым — я опять присел, пропуская над головой хороший свинг, выполненный с глубочайшим знанием дела. Ну а далее все пошло по-старому, давно надоевшему сценарию. Не в моих правилах давать людям с такими физическими параметрами долго махать руками — эдак недолго и в реанимацию угодить. Нырнув под левую руку рыжего, я с удовольствием совместил его солнечное сплетение со своим коленом и, чуть завалившись вправо, мягким маховым ударом ноги угостил боксера по затылку.
Никакого травматизма — только легкий нокдаун. Это же не враг, которого можно убить встречным ударом в сердце.
Рыжий тяжело рухнул на пол и скрючился, как червяк, хватая воздух побелевшими губами. Из спальни показался Шведов — очень вовремя!
— Не понял! — начальственно скривился полковник, с неудовольствием глядя на поверженного гостя.
— Что это вы тут?!
— Вы сказали — занять, — флегматично ответил я, восстанавливая дыхание и усаживаясь в кресло. — Я занял. Гость имел желание удостовериться в бойцовских качествах рекомендованных ему «крышей» товарищей. Результат налицо…
— Совсем сдурел, — сокрушенно пробормотал Шведов, помогая гостю подняться. — Разве можно с такими, как ты, драться?
— А я ему объяснял, — сообщил я. — Он не поверил. Сказал, что зря потратил время — с трусами-де ему не о чем разговаривать.
Пришлось отстаивать честь мундира. Так что — я не виноват.
— Мне бы в ванную, — внезапно прорезался рыжий, одной рукой вытирая проступившие слезы, а другой держась за грудь. — Привести себя в порядок… Да и в туалет захотелось что-то — по-большому…
— Чего он? — встревожился полковник. — Плохо? Сердце?
— Срать хочет, — успокоил я шефа. — Покажите ему, где сортир.
— А-а-а, вон что… Это можно. — Полковник нежно обнял рыжего и поволок его в прихожую.
Спустя десять секунд он вернулся и выдал следующую информацию:
— Сказали, что надежен. Типа того, сам мафиози еще тот — понятие о конфиденциальности имеет. Сказали, что очень нужный товарищ. В общем, будем беседовать…
Минут через пять рыжий присоединился к нам. Поведение его резко изменилось — создавалось такое впечатление, что полученная взбучка вдруг пробудила в госте цивилизованную сущность, отряхнув налет хамоватости и вернув светские манеры.
