— У нас это называется «нарываться» — то, как вы себя сейчас ведете. Вы просто пользуетесь обстоятельствами — знаете, что вас никто здесь тронуть не посмеет, — вот и выделываетесь.
Гневно сверкнув глазами, рыжий привстал из кресла и, сжав правую руку в локте, потыкал пальцем в свой внушительный бицепс.
— Я вас убью одним ударом, — сообщил он, пристально глядя мне в глаза. — Я профессионально занимался боксом более десяти лет — выступал в тяжелом весе за свой университет… — Тут он озабоченно нахмурился и поинтересовался:
— Вы знаете, что такое университет?"
"— Судя по вашим манерам — это такое бардачное местечко, куда набирают патологических уродов с наинижайшим «ай-кью» и готовят из них докеров, — вежливо ответил я, изо всех сил стараясь облагородить свое «докерское» произношение.
— Недаром вы так часто о них вспоминаете… А ваш бицепс и ваши боксерские успехи мне абсолютно по барабану. Хам должен быть наказан независимо от размеров бицепса — у меня такое правило. Но вы — исключение.
Можете хамить сколько влезет — я вас не трону.
Рыжий внезапно вскочил, выдернул из нагрудного кармана блокнот с ручкой и, выдрав страницу, протянул ее мне.
— Пишите расписку! — требовательно произнес он. — Немедленно!
— Но позвольте! — удивился я. — Какую расписку? В чем?
— В том, что вы не имеете претензий ко мне за нанесенный физический ущерб! — Рыжий бросил ручку с листком на стол и наставил на меня указательный палец. — Сейчас мы с вами будем проводить честный бой.
Я не терплю, когда чумазые докеры пытаются надсмехаться надо мной! Пишите!
— Никаких боев, — категорично отказался я, покосившись в сторону спальни полковника. — Вы гость, и я не буду с вами драться, я же сказал…
— А-а-а-а! — обрадовался рыжий. — Вот оно что! Да вы просто трус! Наглый, лживый, низкий, чумазый трус! Наговорили тут целую кучу, а потом в кусты… И что, у вас в команде все такие? Вот это мне дали рекомендацию! Вот это я попал!
А я-то рассчитывал… Все, я уезжаю.
Жаль, столько времени потерял…
— Одну минуту, сударь. — Я взял листок с ручкой и с большим трудом нацарапал по-английски: «Нет претензий за телесные разрушения» — ничего более подходящего припомнить не мог.
Схватив листок, рыжий прочел мои каракули, саркастически ухмыльнулся и спрятал расписку в карман.
— А теперь иди сюда, мой грязный докер. — Он вдруг стремительно ухватил меня за руку и выволок одним рывком за середину комнаты.
