Как преобразились наглые ребятишки, расчухав, что мы не собираемся депортировать их в Россию, а намерены использовать в качестве заложников или еще кого там на территории республики! Распустили хвосты как павлины — гонору вагон! Но время поджимало — надо было прибыть на место до истечения установленного срока. Да и работы впереди — море, некогда развлекаться…
— Значит, самостоятельно на телегу лезть не желаете? — в последний раз уточнил я, обращаясь к младшему пленнику.
— Свободен, мальчик! — проигнорировал он мой вопрос и, выразительно щелкнув пальцами, присовокупил:
— Бабки гоните — и ходу отсюда! Через полчаса вас действительно будет искать целая рота: думаешь, Салим просто так сказал?!
— Значит, действительно придется грузить, — подытожил я и, сделав два шага в сторону, кивнул Лосю:
— Давай…
Надо вам сказать, что в нашей команде Лось — самый меткий и хладнокровный стрелок.
Прошу обратить внимание на последнее определение: хладнокровный в довольно специфическом понятии этого значения.
Пук! Пук! — Лось «дал» навскидку из автомата с ПББС — и тела бекмурзаевцев, пронзенные навылет в грудную клетку, рухнули в траву.
В глазах младшего я успел прочесть огромное удивление. Что поделать, парень! Смерть вообще удивительное явление во всех ее мыслимых аспектах, особенно для того, кто по простоте душевной рассчитывает прожить больше, чем ему нарисовано на карте судьбы…
Погрузив трупы на телегу, мы отыскали в траве деформированные оболочки от пуль, присыпали кровь землей — на всякий пожарный — и отправились в путь, огибая по опушке леса скальный массив… Я предвижу негодование многих читателей, возмущенных столь хладнокровным расстрелом пленных.
Давайте, однако, отложим в сторону морально-этические аспекты данного деяния — по ходу повествования все встанет на свои места. А пока…
Пока вот что: до Сарпинского ущелья минут сорок езды по буеракам. Пакостей не предвидится никаких — накануне облазили здесь каждый кустик. Если не возражаете, я пока, чтобы не терять времени, посвящу вас в кое-какие детали, без знания коих некоторые фрагменты дальнейшего повествования могут показаться нагромождением отдельных описательных моментов, не имеющих под собой сюжетной основы…
Прежде всего — об особенностях региона, на территории которого происходят описываемые события.
Если вы возьмете карту бывшего СССР, то увидите, что земли эти в общем-то занимают совсем незначительное место на бескрайних просторах благополучно развалившейся некоторое время назад «тюрьмы народов».
