Минуты через две из-за поворота дороги показался еще один «Ниссан», содержащий в себе четверых вооруженных чеченцев, опять же большущих и донельзя раскованных — создавалось впечатление, что они готовы в любую секунду стрелять от бедра куда попало.
Люди Зелимхана быстро рассредоточились на местности, взяв под контроль все подступы к «объекту», а их предводитель вытащил из второго «Ниссана» герметично застегнутый вместительный рюкзак из водонепроницаемой ткани и направился к нам.
— Считайте, проверяйте, — разрешил он, передавая рюкзак Шведову.
— О деле — ни слова. Они, — быстрый жест в сторону охраны, — не должны ничего об этом знать…
В рюкзаке действительно оказалось два «лимона» баксов: двести пачек стодолларовых купюр в банковской упаковке. Шведов выборочно вскрыл несколько десятков упаковок и проверил доллары детектором — все было в норме. Затем полковник достал из кармана какую-то пластмассовую коробку с маленьким матовым экраном и с минуту водил ею над мешком и долларами.
— Можешь не стараться, старшой! — весело заметил Зелимхан.
— Никаких радиомаяков, никаких радиоизотопов — знаем, с кем дело имеем…
Затем полковник уточнял у Ахсалтакова кое-какие вопросы по поводу природы баксов, а я в это время озирался по сторонам и прикидывал, что получится, ежели взять сейчас Зелимхана в заложники и заставить его людишек бросить автоматы… Заманчивая мыслишка, я вам скажу! Раз — взяли. Два — бросили. А потом всех расстреляли и укатили с бабками на хаус… Очень, очень недурственно. Ребятки, правда, грамотно расположились: в то время как трое наблюдают за прилегающей местностью, другая тройка наставила на нас стволы и пасет каждое движение.
Да и Зелимхан далековато стоит — наверно, держит в памяти, что у меня скверные манеры, и не хочет в заложники. Он опытный воин, стратег, а стратеги, как известно, два раза на одни и те же грабли не наступают. Нет, наверно, это вид большущих деньжищ на меня подействовал возбуждающе, не иначе. Ничего у нас не выйдет…
— Ты не смотри, Иван, не смотри, — криво усмехнулся Зелимхан, будто прочел мои подленькие мыслишки.
— Я тебя знаю… Все продумано, дорогой ты мой, никаких отклонений.
— Да что ты, Зелимхан, что ты! — в тон ему возразил я, лживо изображая недоумение. — Какие отклонения? Мы ж договорились — значит, все так и будет. И потом — ну за кого ты меня принимаешь? Я что — Ремба, чтобы с голыми руками да в атаку на отделение автоматчиков?! Ну ты даешь!
— Не понял, о чем речь? — вполне искренне удивился Шведов.
