Дело гастронома № 1

Приезжай ко мне! Все бросай и приезжай! Мой муж забрал свои вещи и уехал! Я одна! Ты приедешь?! – нетерпеливо воскликнула она.

Она воображала, что он не станет раздумывать, все бросит и примчится к ней на крыльях любви, ведь он так домогался первого любовного свидания, но после ее вопроса «Ты приедешь?» вдруг возникла странная пауза. Антон помнил наставления матери и теперь не знал, что сказать.

– Я сейчас не могу встретиться с тобой.

– Почему? Они били тебя?

– Никто меня не бил!

– Почему тогда не можешь?!

– Ну как почему? – Он наморщил лоб, стараясь придумать хоть какие-то объяснения, но на ум, как назло, ничего толкового не приходило.

 – Я трое суток провел в холодной камере, простыл, и мне нужно немного подлечиться!..

– Приезжай, я тебя вылечу! У меня и мед есть, и лекарства, и горчичники. Я тебя к утру на ноги поставлю! Честное слово! Приезжай! Бери такси и приезжай!

– Мама приехала, и она этим активно занимается. Я не могу ее сейчас оставить.

– Но ты ведь взрослый мальчик, при чем тут мама?! А я жутко хочу тебя видеть! Ты понимаешь?!

– Я понимаю, но пока не могу!

– А когда ты сможешь?! Завтра?

– Завтра вряд ли! Может быть, через неделю или позже.

Мне надо все обдумать!..

– Да ничего не случилось! – Он снова наморщил лоб, стараясь сообразить, что еще могло с ним случиться, помимо простуды. – Просто трудно все объяснить… – Он вздохнул.

Маша слушала тишину в трубке и вдруг поняла, что это конец их любви. Собственно, никакой любви и не было, так, влюбленность, влечение, физическая тяга, сексуальные фантазии юнца, совсем еще мальчишки, и все это выдуло из него одним болезненным сквозняком.

А она поверила в его клятвы, признания, слова – и вдруг все рухнуло, и ничего не осталось, кроме щенячьего писка и телячьего блеяния. Слезы брызнули сами собой, Маша заплакала, завыла в голос, не понимая, за что ее так наказала судьба. За что?! За всеми этими слезами Маша забыла, что разговор продолжается, никто из двоих трубку не положил. Антон успел перенести телефон на стол и, поддерживая трубку плечом, взял кусок булочки, намазал его толстым слоем варенья и стал жадно есть, запивая холодным чаем, оставшимся на столе. Поев, Антон неожиданно приободрился и решил, что надо расставить все точки над «и». И, вздохнув, опять заговорил в трубку:

– Понимаешь, мы должны расстаться! Это очень серьезно! Але, ты слышишь меня?

Маша, снова услышав голос Антона, тут же перестала рыдать и крепко прижала трубку к уху.