— И что он ответил?
— Он ответил, что квартиру занимает мистер Барри Деннен, а он сам адвокат Дункан Краудер-младший из городской адвокатской конторы «Краудер и Краудер».
— Он объяснил, как оказался в квартире и что там произошло?
— Он ответил, что мистер Деннен сам дал ему ключи и просил осмотреться и подождать его в квартире. Он сказал, что ждет мистера Деннена с минуты на минуту.
— Что вы предприняли?
— Мой напарник сходил в квартиру четыреста девять и пригласил миссис Майден, чтобы она опознала — этот ли мужчина вызвал ее подозрения.
А я тем временем поднял опрокинутый журнальный столик и попросил мистера Краудера выложить на него все из карманов.
— Как он отреагировал?
— Совершенно спокойно. Он вытащил ключи мистера Деннена, прямо указав, что это ключи хозяина квартиры, а также свои предметы. Я проверил его бумажник. Там оказалась лицензия адвоката и водительские права на имя Дункана Краудера-младшего, а так же три тысячи долларов стодолларовыми купюрами.
— Вы не спрашивали, зачем ему такая сумма денег?
— Нет, сэр.
Я поинтересовался не в этой ли квартире он их взял, на что тот совершенно спокойно ответил, что мы можем проверить в банке, где он снял эти деньги со своего счета совершенно для других целей и просто не успел еще переложить их в свой домашний сейф.
— Что вы предприняли потом?
— Мы попросили мистера Краудера отправляться по своим делам. Ключи мистера Деннена я взял себе. Мы закрыли и опечатали квартиру, предупредив миссис Майден, что как только мистер Деннен появится, пусть обратится в полицию и напишет заявление о том, что его квартира подверглась чьему-то нападению.
— Ничего необычного в квартире вы не увидели?
— Я же сказал, что был произведен полный погром, что-то явно искали… Ах да, прошу прощения, на комоде стоял металлический поднос, на котором лежал разворошенный пепел — кто-то жег какие-то бумаги.
— Это мог сделать обвиняемый?
— Вношу протест, — вмешался Мейсон, — поскольку ответ требует выводов свидетеля.
— Протест принят, — решил судья Чивородис.
— Господин обвинитель, сформулируйте вопрос иначе.
— Хорошо, Ваша Честь, — согласился Маршалл и вновь повернулся к свидетелю: — Как долго мог лежать пепел в подносе? Вы не почувствовали запаха горелого?
— Нет, сэр, не почувствовал, — чуть ли не виновато ответил свидетель. Но ведь окно в комнате было широко открыто и проветриться помещение могло за какие-то считанные минуты.
— И обвиняемый стоял у окна, держа руки в карманах?
— Да, сэр.
