Злого умысла здесь нет, и не ищите.
— Хорошо, а как вы познакомились с Денненом?
— Он явился на следующий день после моего разговора с другом и принялся на меня орать и всячески запугивать. Надо сказать, покойный был крут и разговор вести умел. Кстати, я и сам не курсистка и тоже могу быть суров, при моей профессии иначе порой нельзя. Но, честно говоря, я спасовал. Мне было велено в качестве отступного нанять адвоката — высокооплачиваемого адвоката для ведения всех своих дел.
Вот тут-то я подумал, что выйду на их шефа.
Но Виктор Брокс, которого мне рекомендовали, и который до сих пор ведет все мои дела, оказался на редкость честным и порядочным человеком, он не имеет к шантажистам ни малейшего отношения, я убежден в этом. Наверное, это был отвлекающий маневр. Хотя, я долгое время с большим подозрением относился к Броксу. Но он чист и не имеет с вымогателями ничего общего, я уверен в этом целиком и полностью.
— А второй шантажист вам известен?"
"— Да, я совершенно случайно узнал его адрес и имя.
Проезжал на машине и заметил, как он входит в многоквартирный дом «Стравберри», открыв дверь своим ключом. Я вышел из машины, думал посмотреть фамилии у звонков. Тут в голову пришла мысль. Я достал свой бумажник и спросил у администраторши, в какой квартире живет только что вошедший человек, потому что якобы я видел, как он потерял бумажник. Администраторша мне и сказала. Это оказался Дон Холлидер, квартира двести семь. Но, собственно мне это ни к чему, сумма незначительная, а фотографии они никому кроме Лорен не предъявят.
— Хорошо, — кивнул Мейсон. — А что Веббер говорил, будто вашего друга тоже шантажировала шайка Деннена?
Райс сразу стал серьезным.
— Мистер Мейсон, как адвокат вы должны меня понять. Я не стану называть имени своего друга. Да, когда мы увидели фотографии убитого в газете…. В общем, я давно дружу с человеком, чье имя не желаю вам раскрывать, и знаю его тайну, только не знал, что его шантажировали.
Так получилось, что в юности он угодил в тюрьму.
Честно отсидел, взял другую фамилию и сейчас преуспевающий и известный в городе человек, государственный чиновник. Если факт судимости станет известен общественности — его карьере конец. Просто я знал его еще в юности, мы вместе жили в Оклахоме, но в этот город нас привели разные пути. Извините, Мейсон, но его имени я вам не скажу.
— Как считаете нужным, — не стал настаивать Мейсон. — Ваши сведения могут оказаться крайне важными.
