Дело о дневнике загорающей

Выходит, тогда вы станете действовать против нее?

– Извините, доктор, но я убедительно прошу вас положиться на мое благоразумие и осторожность. Поспешных выводов я делать не собираюсь.

– Вы можете и не делать поспешных выводов, но тем не менее не исключено, что эти ваши выводы будут ложными.

– Полагаете – она невиновна?

– Головой ручаюсь.

– Могу я поинтересоваться, в каких вы с ней отношениях?

– Я ее друг, мистер Мейсон.

– Романтическая привязанность?

Доктор Кандлер почесал подбородок.

– Если я и поднялся посреди ночи с постели, то не для того, чтобы быть подвергнутым перекрестному допросу.

– Вы думаете – он невиновен?

– Вне всяких сомнений! – Доктор не сумел скрыть своих эмоций. – Он оказался козлом отпущения только лишь потому, что ни полиция, ни страховая компания не нашли тогда никого другого, на кого можно было бы навесить это преступление.

– Но они обнаружили у него украденные деньги!.

"– Да. Так они заявили. Не забывайте, что деньги те были у него обнаружены некоторое время спустя после их пропажи. Несомненно, что лицо, совершившее данное преступление, – работник банка. Кто-то, кто имел доступ к погашенным чекам. А раз так, то почему он не мог бы завладеть на время бумажником Колтона Дюваля и подсунуть ему часть исчезнувших купюр?

– Да, это идея, – сказал Мейсон.

– Конечно! – Кандлер ехидно усмехнулся. – И она должна бы была прийти вам в голову.

– Меня она посещала. Я готов к рассмотрению любой возможности.

– Я вижу.

– Знаете, доктор, почему я к вам пришел? Потому что на данном этапе я способен принять вашу точку зрения. Но у меня вопрос: Арлен Дюваль сейчас получает откуда-то деньги – откуда? Может быть, вы ей даете?

– Не я, но… другой человек.

– Кто?

– Не знаю. Но хотел бы знать.

– Она не говорит даже вам?

– Хорошо, я объясню. Арлен Дюваль полностью мне доверилась. Я очень многое знаю о ней, и я в курсе данного дела, но остается один-единственный аспект, один пункт, по которому она мне не может раскрыться, потому что связана клятвой, – она пообещала.

– И этот пункт касается…

– …личности человека, снабжающего ее деньгами, – закончил Кандлер. – Все остальное я знаю. Знаю, что завтра до девяти тридцати утра она заплатит вам задаток в полторы тысячи долларов. Знаю, что она это сделает. Но кто ей дает деньги – я не знаю.

– Но кто-то, вы говорите, дает?

– Да.