Таким образом, если эта цепь обстоятельств не является частью искусственной постановки, а является подлинной последовательностью событий, тогда есть все основания предполагать, что та особа, которую вы считаете дочерью вашего сына Оскара и Джулии Брэннер, в действительности вам совершенно чужая девушка.
— У вас имеются какие-то данные, чтобы сделать подобное заявление? Кто-то уполномочил вас его сделать?
— Да.
Мейсон молчал, разглядывая горящий кончик своей сигары, затем, глядя в недобрые глаза своего собеседника, добавил:
— Я делаю данное заявление по поручению матери девочки, Джулии Брэннер.
На лице Браунли не отразилось никаких эмоций, усмешка же была совершенно ледяной.
— Могу ли я узнать, кто-нибудь подтвердил вам личность Джулии Брэннер?
Лицо Мейсона могло бы соперничать по беспристрастности с лицом собеседника.
— Никто, — ответил он. — Вот почему я и обратился к вам. Если в моем деле имеется какой-то обман, только вы один в состоянии его разоблачить.
— А если я сейчас докажу вам, что подобный обман действительно существует? — спросил Браунли.
Мейсон улыбнулся, разведя руками.
— В таком случае я оставлю это дело. Только учтите, мистер Браунли, я должен быть уверен.
— Джулия Брэннер — авантюристка. Самая настоящая авантюристка. Я нанял частных детективов, и они собрали сведения о ее прошлой жизни еще до того, как она познакомилась с моим сыном. Это любопытные данные.
Мейсон поднес сигару ко рту, сделал глубокую затяжку, улыбнулся, выпустил дым длинной струйкой и заговорил:
— Вне всякого сомнения, существует множество женщин, прошлое которых, если подвергнуть его микроскопическому исследованию, произведет шокирующее впечатление.
— Утверждаю, эта женщина — авантюристка.
— Вы сейчас говорите о Джулии Брэннер, которая была женой вашего сына?
— Да, конечно.
— В таком случае тот факт, что она авантюристка, не имеет ничего общего с юридическим статусом рожденного ею ребенка.
Браунли задумался, поколебался с минуту, затем продолжал с холодной беспристрастностью банкира, анализирующего все недочеты предполагаемой им финансовой операции."
"— К счастью для всех, рожденный ею ребенок был изолирован от ее влияния еще в раннем детстве. Я не желаю вдаваться в подробности того, как это случилось. Сведения были получены преданными мне людьми, движимыми единственным желанием защитить мои интересы.
