Дело спящей красавицы (СИ)

— Думаю, как бы найти человека в Петрограде, — ответил я и устроился на сиденье.

Слуга обошел машину, сел за руль и произнёс, обращаясь ко мне:

— Ну, можно объявление в газету подать. Или на остановках расклеить. Написать «покинул дом и не вернулся».

— Идея хорошая, — согласился я. — А если за информацию еще и денег пообещать…

При упоминании о тратах щека Фомы предательски дернулась:

— Да и так расскажут, вашество, — торопливо произнес он.

— Расскажут, — не стал отрицать я. — Но за плату сделают это быстрее и охотнее.

Слуга вздохнул, видимо, признавая мою правоту. А затем уточнил:

— Куда едем, вашество? В газету?

— Зачем? — не понял я.

— Ну так объявление давать.

— А, нет.

Я вынул из кармана телефон, нашел в адресной книге номер Литвиновой, и нажал на вызов. Лиза взяла трубку быстро:

— Слушаю вас, Павел Филиппович, — послышался в динамике ее настороженный голос.

— Простите, я совсем забыл уточнить. Вы говорили, что друзья у Ильи были из приютских.

— Да, — растерянно произнесла Лиза.

— А в каком приюте воспитывался ваш муж?

— Приют святого Петра, — ответила Литвинова.

— Спасибо, — поблагодарил я собеседницу и отменил вызов. Убрал телефон в карман и обернулся к Фоме:

— Знаешь, где приют святого Петра?

Слуга кивнул:

— Так как же не знать? Почитай в центре.

— Тогда поехали, — распорядился я и Фома завел двигатель.

* * *Приют Святого Петра и правда был почти в самом центре. Двухэтажное здание из красного кирпича спряталось за большим храмом, у ворот которого стоял величественный памятник, изображающий парня, который сидел на вставшем на дыбы коне.

Статуя была частью скульптурной группы, которая называлась «Великая Империя». В эту саму группу входили четыре фигуры, которые были расставлены у крупных сборов города. Эта статуя называлась «Рождение». Пётр вел объединившиеся дружины в бой за свободу и независимость.

Фома остановил «Империал» у ворот и обернулся его мне:

— Прибыли, вашество.

Я кивнул и вышел из салона.

По старому закону Империи, ни одно строение Петрограда, посвященное Искупителю, не должно быть выше собора святого Луки. Но это здание было немногим ниже центрального собора города.