И, как ни странно, планирую ею остаться в обозримом будущем.
Щеки уже просто пылали.
— Ладно, — сжалился надо мной магистр. — знаю я, о чем ты подумала. Ничего не имею против этого метода…
— Я не стану пить вашу кровь! — возмущенно воскликнула я.
В глазах демона снова разгоралось пламя. Злится.
— Если я тебе скажу проскакать вокруг академии на одной ножке, а потом дернуть Одайла три раза за нос, ты исполнишь все это в точности и без капризов, — зло прошептал он. — Потому что мои просьбы, указания и приказы — твоя безопасность и жизнь! Кровь она пить не будет.
Кто тебе ее предлагает, девчонка?
— А что тогда? — удивленно спросила я. — Секс?
Лорд почему-то закашлялся и подозрительно заерзал. Замерз он, что ли? Земля-то холодная.
— Я не это имел в виду, хотя… — Сеттар лукаво взглянул на смущенную меня и почти промурлыкал: — Хотя ход твоих мыслей мне очень нравится.
Теперь закашлялась я. Холодная земля — не шутки. Наверняка, простыла, пока на ней сидела и подняться не могла.
— Есть иные способы, — продолжил заметно повеселевший куратор.
— Например, поцелуй.
Ну, конечно! Слюна — это ведь тоже жидкость. Размышлять об этом не особо приятно, но факт остается фактом, при поцелуе именно слюной и обмениваются. Судя по мокрому рту Клери, он знатный производитель этой поистине магической субстанции. Демон смотрел на меня внимательно и немного грустно. Что он хотел прочесть на моем лице? Не знаю, но, видимо, не увидел нужного ему ответа. Нахмурился.
— Самым простым способом обмена энергией, при условии, что один из партнеров элементаль, являются простые прикосновения, — выпалил Эммерс и рванул ворот своей рубашки.
Быстро у него меняется настроение. Только что едва не улыбался и вот уже вновь рычит на меня. Пуговицы покатились по земле, а я увидела его гладкую бронзовую кожу, литые мышцы, и дар речи пропал. Совсем. В горле словно пересохло все, любой глоток воздуха давался с трудом. Жутко захотелось дотронуться до Эммерса. Словно прочитав мои мысли, демон приказал: — Лери, положи ладони на мою грудь.
Да кто я такая, чтобы отказываться от того, чего сама страстно желаю. Дотронуться, проверить, так ли шелковиста его кожа на ощупь, как кажется, когда смотришь на нее. Судорожно вздохнула и сделала так, как сказал Сеттар. Он был таким… Таким горячим, гладким, приятным. Его сердце билось так отчаянно, что я ладонями ощущала каждый его удар.
— Что дальше? — вышло так тихо и хрипло, что я почти не узнала своего голоса.
