Женщины в принципе могут все, но некоторые просто стесняются.
Кажется, мой вопрос озадачил магистра. И, если эльф отлично представлял, как общаться с адептом боевого отделения Снарк, то, как разговаривать с симпатичной Валери, он не знал. Отчего его обычные двусмысленные фразы превращались в сказочную пошлость, смущая не только меня, но и его самого.
— Жениться вам нужно, — улыбнулась я и покачала головой.
— Если эльф не женился до ста лет, то потом ему уже рано, — философски заметил Салмелдир. — Потанцуем?
Этого еще не хватало!
— В следующий раз обязательно, — поспешно ответила я и развернулась, чтобы отойти от преподавателя.
Ох, зря я это сделала. Зря! Судьба продолжала преподносить мне сюрпризы, и не сказать, чтобы они были приятными.
— Ох… — выдохнула я, когда от столкновения горячий шоколад выплеснулся мне на руку.
Да Малх с ней, с рукой-то! В тот момент моя собственная персона заботила мало, а вот расплывающиеся коричневые пятна на светлом кафтане, обильно украшенном изящной золотой вышивкой, а теперь и коричневатыми подтеками, заботили.
Причем, сильно. То ли потому, что кафтан был чужой, то ли от того, что грудь, которую он обтягивал, показалась слишком широкой. В любом случае, поднимать глаза не спешила, ощущая, как щеки все сильнее и сильнее полыхают. Не мой сегодня день! Не мой.
— Извините, — почти прошептала я.
Кто бы ни был незнакомец, но вежливость — наше все. А Снарки род хоть и небогатый, но уважаемый и древний.
— Горячие напитки предпочитаю употреблять медленнее и вовнутрь, — раздался сверху голос.
Мужской. Приятный. Обволакивающий. Такой, от которого почему-то мурашки по коже. А нежный бархат платья, соприкасаясь с ними, только добавлял острых ощущений.
И… Стало вдруг так любопытно, что, несмотря на неудобство и всю нелепость создавшейся ситуации, я все же задрала голову, чтобы посмотреть в глаза своей жертве. А она, то есть жертва, оказалась высокой, темноволосой и настолько симпатичной, что даже дух захватывало.
Даже синие глаза у мужчины были настолько насыщенного и темного оттенка, что казались почти черными. Высокие скулы, мужественный чуть квадратный подбородок, безупречная кожа щек… Определенно, великолепен!
Так вот, по всему этому великолепию сейчас так же, как и по костюму гостя, стекали коричневые ручейки вожделенного мною шоколада.
Стало стыдно. Очень. Даже более, чем до того.
— Я не хотела… — едва слышно пробормотала я.
