А самое главное, его описание полностью совпадало с рассказом бывшего теперь уже однокурсника.
Нет, пожалуй, не это главное. Главное, что сила передавалась на срок и постепенно покидала временного владельца. А вместе с силой уходила и жизнь. Капля за каплей, капля за каплей…
Это означало одно — Брису угрожала смертельная опасность. Он фактически находился при смерти, и никто не мог сказать, сколько в нем осталось силы, а значит и отпущенного на жизнь времени.
Что тут началось! Леонса вернули, посыльного с письмом его родителям отозвали, ректор в панике запретил всем говорить о случившемся под страхом отчисления и увольнений, а кураторы засели в мастерской эльфа.
Поскольку далеко от Эммерса отойти не могла, приходилось сидеть рядом и слушать то, в чем я ничего не понимала. День не понимала, два…
Хран исправно снабжал меня книгами из академической библиотеки. Их я подбирала сама, пытаясь разобраться в странных, неслыханных доселе, терминах. И уже через неделю неожиданно стала улавливать суть разговоров, которые вели кураторы.
А еще через пару дней, мы с ними спорили почти на равных. Хотя, конечно, у кураторов было гораздо больше времени на изучение магии, а соответственно больше и опыта.
Брис тем временем все бледнел. Он осунулся, практически перестал есть и не вставал с кровати. На входящих в его комнату не реагировал, ни с кем не разговаривал. Леонс превратился в свою собственную тень. Целители ломали голову над тем, чем ему помочь, но средство все не находилось.
Я понимала, что это конец, и очень сочувствовала глупому мальчишке, который просто оказался не в то время, не в том месте.
— Усиление дара, проявление новых магических способностей, ледяная магия, возможно ментальная. Хотя, тут я не исключаю использования амулета. Могу привести даже список артефактов, способных на такое влияние. Теперь вот ритуал, о котором многие века никто не слышал. Откуда, Друл? — демон ходил из угла в угол.
Он посмотрел на друга и уселся в кресло, которое стояло рядом со мной.
Я, как всегда, примостилась на крошечном диванчике и старалась не пропустить ни слова. Вот только услышанное больше раздражало, чем радовало.
— Понятия не имею, — спокойно ответил Салмелдир.
— Но ведь он погибнет! — вмешалась я. Одно слово — древние. Там человек умирает, а они о своей подружке размышляют. Возмутительно!
— Тяжело в лечении — легко в гробу, — флегматично заметил эльф, чем взбесил меня окончательно.
