Кроме того, в темной копне волос серебрилось несколько седых прядей, а такого я не встречала даже на иллюстрациях учебников. Возраст стоящего перед нами мужчины был весьма почтенным.
— Ты взывал к нам, Салмелдир сын Гилсимаса, и мы откликнулись, — продолжил древний.
— Взывал, потому что возникшая проблема связна с одной из высших, которой ранее Совет даровал прощение. — Эльф выпрямился и говорил четко, по существу.
— Речь пойдет об Аланте супруге почившего Атаназа Северного?
— Да, мудрейший. Есть неопровержимые доказательства, что леди Аланта причастна к гибели человеческих магов, владеющих стихией огня.
Кроме того, она пошла наперекор решению Совета и, ослепленная жаждой мести, использовала запрещенные заклинания. Есть вероятность, что это неполный список ее деяний, но выяснить точно без вашей помощи не представляется возможным.
— О какой мести может идти речь? — удивился древний. — Насколько нам известно, ее обидчица и супруг мертвы.
— Все так, мудрейший. Но женщина не вняла вашим предупреждениям и продолжила темные дела.
Сейчас в замке умирает маг, пострадавший от ритуала передачи части дара. Да, он всего лишь человек и находится вне ваших интересов, но его состояние доказывает вину Аланты Риш-Танин.
— Согласен с тобой. Дело требует пересмотра, который состоится здесь и сейчас. У вас есть информация, которую вы хотите сообщить Совету? — спросил темноволосый и посмотрел почему-то на демона.
Сеттар выпустил мою руку, вышел вперед и склонил голову.
— Эммерс сын великого Коума, если не ошибаюсь? — древний прищурил янтарные глаза.
— Не ошибетесь, мудрейший. Я хотел бы кое-что показать Совету.
— Да исполнится твое желание, сын достойнейшего из демонов. Тейсфор! — центральный обратился к одному из сопровождающих.
Тому, который стоял слева. Мужчина тоже скинул капюшон. Этот древний был ниже ростом, и седина полностью выбелила его волосы. Трудно представить, сколько ему лет! Но больше всего впечатлили глаза Тейсфора — белые без зрачка, словно скрытые бельмами.
Один из «черных» вышел вперед и взял его за руку, чтобы помочь подойти к Сеттару.
И я поняла, что мужчина был абсолютно слеп.
— Думай о том, что хочешь показать, и не вспоминай о том, что оставишь при себе, мальчик, — произнес он, прежде чем положил руки на голову Эммерса.
Золотые лучики протянулись от демона к трем «белым». Всего несколько минут длилось свечение и угасло. Тейсфор снова накинул капюшон, и охранник помог ему отойти.
А вот янтарные глаза предводителя впились в меня.
