— Пробуй! — выдохнул Сеттар и обнял крепко-крепко. Так, что я чувствовала его каждой частичкой души. Знала, что он в меня верит, и не могла подвести.
Огненная стихия вырвалась на свободу, к моим пламенным лепесткам добавлялись новые, которые вплетал демон, добровольно объединяя нашу силу. А ветер, мой ветер разносил прекрасные цветы и украшал ими магическую ткань, маскируя дефекты, скрывая их, вживляя в структуру новые части.
Не знаю, сколько прошло времени, мы потеряли ему счет. Я просто делала свое дело, чувствуя, поддержу и силу Эммерса, осознала, что он — моя крепость, моя опора, мой якорь в этом мире и радовалась, что мы смогли отыскать друг друга.
А когда полотно магического подпространства засияло как новенькое, радовались уже все. Маги спешно накрывали столы и готовились к празднику.
— У нас получилось?.. — все еще не веря, прошептала я.
— Не могло не получиться, Лери, — так же тихо ответил демон. — Ведь в этом мире еще жить нашим детям.
— Детям… — эхом повторила я и, надо же, мыль о том, чтобы обзавестись потомством, даже понравилась.
В конце концов, из Сеттара хороший отец получится, не хуже Гая.
— Мы это обсудим, немного позже, — подмигнул мне Эммерс и поцеловал тем самым поцелуем, от которого забываешь обо всем, кроме одного гадского лорда, за столь короткое время ставшего незаменимым, необходимым и родным.
— Лерка, смотри, кто пришел, — окликнул меня вновь появившийся хран, отвлекая от Сеттара. — Ну не дуйся. Я же не со зла!
Прощать вредную магическую сущность вот так просто не хотела, но любопытство победило.
В дверях стоял прекрасный эльф, бережно поддерживая немолодую женщину. Не важно, как она выглядела. Я бы ее из миллиона узнала, ведь это была моя мама.
— Я пойду? — зачем-то спросила у Эммерса. Он улыбался. Хорошо им, древним, привыкли к чудесам за столько лет. А у меня опыта никакого.
Ноги не держали, а сердце стучало так, что казалось, вот-вот выскочит из груди.
— Валери, детка! — выдохнула женщина.
В глазах, так похожих на мои, застыли слезы.
Она протягивала руки и ждала… Ждала меня, как все эти долгие годы. И я сорвалась на бег, очутившись в родных объятьях. Эльф плакал тоже, не стесняясь своей слабости. Малх, как же они с куратором похожи. Вряд ли в ближайший век я смогу назвать его отцом. Впрочем, он, к счастью, не настаивал на этом. Чуть менее слезно, но не менее эмоционально прошла встреча Атаназа с дочерью. И когда семья, наконец, объединилась, сели пировать.
