Пронзительный писк, подобный крику раненой птицы, и последовавший за ним глухой удар заставили демона подскочить с любимого кресла и направиться в конец коридора.
На каменной кладке лежал старец. Ночной колпак слетел, обнажая плешивую макушку, плохо прикрытую редкими седыми волосами. Шелковый стеганый халат сбился, и в разрезе белели полотняные кальсоны. Ночной странник явно освещал себе путь, но сейчас фонарь валялся неподалеку, а магические светляки потухли от удара о каменный пол.
На босых ступнях чудом удержались домашние сафьяновые шлепанцы с загнутыми носами. Старичок был жив. Правда, находился в глубоком обмороке.
— Малх бы побрал этого лунатика! — процедил сквозь зубы Эммерс и склонился над распростертым телом.
Хорошо же он начинает свой визит в человеческую академию! Скомпрометировал девчонку, теперь вот почти до смерти напугал уважаемого профессора. А в том, что перед ним лежит преподаватель, он не сомневался.
И тут его взгляд зацепился за склянку, которую старец сжимал в руках.
Потребовалось усилие, чтобы разжать пальцы. С виду неприметный пузырек из темного, непрозрачного стекла. Подозрительный. Впрочем, как и само ночное путешествие. Что делать пожилому преподавателю, облаченному для сна, в коридорах академии в час, когда кроме духов абсолютно все спят?
Эммерс откупорил плотно прилегающую крышку и принюхался. Быть того не может! Этот мерзкий приторно сладкий запах он не перепутает ни с чем — настойка огнецвета, способная подчинить любого мага огня чужой воле.
Не ожидал он встретить столь редкое зелье в человеческой академии. Не то чтобы растение было весьма редким. Скорее, процесс по изготовлению декокта длился очень долго, требовал сосредоточенности, больших усилий и полной магической концентрации. Проще говоря, создать нечто подобное мог лишь одаренный маг, да и то раз в сто лет и в мизерном количестве.
Хмм… В пузырьке же, по самым скромным подсчетам, зелья находилось столько, что оно могло бы подчинить владельцу как минимум двух архидемонов или, скажем, не менее пяти огненных драконов.
А жизнь перестает быть монотонной и скучной! Охотились за Валери. В этом Эммерс не сомневался, как не сомневался и в том, что старичок стал лишь марионеткой в руках опытного кукловода. Но допросить его, даже без особой надежды на вразумительный ответ, все же стоило.
