— Логично."
"Я шарил по худому костлявому телу руками, пока в кармане не обнаружил что-то похожее на ключ. Карман был внутренний и подшит так, что его ни глазу не видно, ни подрезать в толчее на рынке не выйдет. Я разорвал прохудившуюся ткань и вытянул ключ длиной с указательный палец. Тоже с гербом Митасовых на месте головки.
— Ключ от всех дверей, — загадочно протянул бесенок.
Я не ответил, только спрятал ключ в карман брюк и поднялся на ноги, затем осмотрел комнату. Грязь, нищета, разруха. Вот так можно описать положение подвала, который ранее, наверняка, был полон провизии.
И фальш-разлом, который создал кто-то ради забавы, чтобы мучить стригоя.
Движением руки я схлопнул фальшивку и темнота внутри стала непроглядной.
— Бес, дай глаза.
— А волшебное слово?
— Бегом, я присел возле покойного Митасова, подхватывая его тело на руки.
— Что ты делаешь? — спросил бесенок, взбираясь по штанине вверх и усаживаясь на плече. Я ощутил, как он привычно положил свою горячую когтистую лапку под затылком.
Мир перед глазами стал монохромным. Весь в серых тонах, но зато я мог видеть. Да. Демоны видят в темноте.
— Почему ты спрашиваешь? — уточнил я у него, двигаясь к ступеням.
— Всегда было интересно.
Я ухмыльнулся.
— Ты не поймешь.
— Почему это? Природа людей для меня всегда была интересна, Марк. Вот, например, совсем до недавно вы все для меня были обезьянами. Лазали по деревьям, бананы ели. А тут я моргнуть не успел, а вы уже прямоходящие и, мало того, даже оружие изобрели.
Я неспешно поднимался по ступенькам.
Тело покойного Александра Ивановича Митасова было легче пушинки. Если это был отец Андрея-Марка, то на тридцати-сорокалетнего мужчину он совсем не был похож. Скорее на тысячелетнюю мумию.
— Тогда ты должен был изучить род людской лучше нас самих, — парировал я. — Сколько тебе лет, бес?
— Ммм… порядка двух тысяч. Честно говоря, я сбился со счета после тысяча восьмисотого.
— Это много?
— Да не особо.
— Сколько мы с тобой вместе?
— Ха! А мы вместе? Я думал, что я твой инструмент.
В голове промелькнул момент из прошлого, как этот маленький рогатый засранец кинулся на культиста, пытаясь меня спасти. Из каких соображений? Зачем?
— Ты понял вопрос, — ушел я от его провокации.
— С тех пор, как ты заключил контракт с Азазелем. Это был второй курс Академии. Ты стал первым и единственным в истории, кто смог это сделать так рано. Обычно твои бывшие коллеги добивались этого на пятом или шестом курсе, как Маргарита, например.
