Элизабет повернулась на стуле, чтобы рассмотреть подругу. Оливия выглядела по-настоящему усталой. Она была бледнее, чем обычно, а под глазами темнели круги.
– Лиз, могу я спросить тебя кое о чем? – неожиданно произнесла Оливия.
– Конечно, – ответила та. – Но мне почему-то кажется, что сегодня я не смогу много сделать.
«И все потому, что я могу думать лишь о том, что одна молодая леди подозревается в недозволенной страсти, а хочет всего лишь попасть на обложку журнала», – подумала она про себя.
– Скажи мне честно, Лиззи, – продолжала Оливия, вставая со стула и подходя к окну.
– Тебе не кажется, что я странно одеваюсь?
Элизабет внимательно посмотрела на подругу, приподняв брови от удивления:
– О чем это ты говоришь?
– Имею в виду именно то, что сказала, Лиз, – настаивала Оливия. – Посмотри на меня. Я одета необычно?
Элизабет изучающе осмотрела Оливию, на которой были не по размеру большие армейские брюки, сандалии и ярко-желтая тенниска с закатанными рукавами. Ее любимый цветной платок был завязан на лбу узкой полоской, не давая русым прядям падать на глаза.
– Нет, ты одеваешься не странно, Оливия, – твердо заявила Элизабет. – Ты одеваешься, как сама того хочешь, и я думаю, ты замечательно выглядишь.
Оливия вздохнула.
– Спасибо, Лиз, – сказала она, поворачиваясь и возвращаясь на свое место.
– А почему ты спросила об этом? – полюбопытствовала Элизабет. – Это смешно, Оливия, но ты никогда не мучила меня вопросами о том, что люди думают о твоей манере одеваться.
– Ну, не знаю, – произнесла Оливия. – Просто захотелось узнать. – Что-то в ее голосе заставило Элизабет придти к выводу, что разговор закончен.
– О, а вот это могло бы тебя заинтересовать, – Оливия протянула Элизабет машинописный лист.
– Юношеский конкурс драматургов, – прочитала Элизабет вслух. – Мистер Яворский, руководитель драматического объединения школы Ласковой Долины, с радостью извещает о начале ежегодного конкурса молодых драматургов. Тема этого года: «Известные деятели литературы».
Заинтересованные ученики должны предоставить свои одноактные пьесы не позже, чем… – Элизабет посмотрела на дату и осознала, что последний срок – через месяц.
– Ты права, Оливия. Мне это действительно очень интересно. Спасибо, – сказала Элизабет, отдавая лист подруге. – Но, по-моему, если я решу принять участие в конкурсе, мне лучше начать работать прямо сейчас.
Именно в этот момент дверь редакции «Оракула» распахнулась и в комнату влетела Джессика.
