– Пятьдесят пять долларов, честно! – объявила она с триумфом. – А ты говорила, что никто не будет покупать это печенье, потому что оно так странно выглядит. А это показывает, сколь «хорошо» ты разбираешься в бизнесе, Лиз."
"– Джессика! – воскликнула Элизабет. – Какой сюрприз! А что принесло тебя в мир журналистики? У тебя есть какая-нибудь грандиозная сплетня для моей колонки? – спросила она с надеждой.
– Ни одной, – весело ответила Джес.
Она оглядела заваленную бумагами комнату и брезгливо сморщила нос. – Фу, – добавила она, – какое захламленное местечко.
Что это?
Элизабет рассмеялась.
– Эти бумаги, – она сделала ударение на последнем слове, – макет «Оракула», Джес… – Элизабет повернулась к Оливии, которая собирала свои книги и засовывала их в рюкзак.
– Кажется, Джессика не ожидала, что у нас здесь так «чисто», – она хихикнула, подумав об обычном «порядке» в спальне сестры.
Оливия оглядела комнату и вздохнула.
– Ну-у, у нас и правда небольшой беспорядок, – заметила она.
Элизабет показалось, что ее голос прозвучал как-то странно.
Трудно сказать, была ли Оливия рада видеть Джессику или нет.
– Готова, Лив? – нетерпеливо спросила Джессика.
Оливия кивнула.
– Джессика обещала мне помочь с платьем, которое я шью к вечеринке у Пэтменов, – пояснила она Элизабет.
Глаза Элизабет чуть не вылезли из орбит.
– Джессика? Но…
– Да, Лиз, – быстро затараторила Джессика. – Скажи маме, что к обеду я буду вовремя.
Элизабет не верила своим ушам. Последний раз она видела сестру с ниткой и иголкой в руках, когда ее заставили нанизывать кукурузу к Рождеству.
– Увидимся завтра, Лиззи, – сказала Оливия, выходя вслед за Джессикой.
– Конечно, Лив, – ответила Элизабет, пристально глядя в спину уходящей сестры.
«С каких это пор, – подумала она, – Джессика стала главной благотворительницей? Ведь она же ничего не понимает в шитье! Похоже, что Джессика ужасно старается помочь Оливии практически во всем в эти дни. – Она снова повернулась к машинке. – Ну хорошо, – продолжала она философствовать, – я и так уже достаточно совала нос в чужие дела.
Что бы Джессика ни выкинула на этот раз, я останусь в стороне».
– Вот оно, – неуверенно произнесла Оливия, раскладывая платье на кровати и отступая на шаг. – Что скажешь?
– Хм, – задумчиво пробормотала Джессика, трогая материал опытной рукой. – Это, по-моему, хлопок? – выдала она где-то через минуту.
Оливия грустно кивнула. Материал, который был таким красивым, когда она его выбирала, теперь казался ей совсем непривлекательным.
