"
"— Приехали вроде, — сказал Кузьмичев, сидевший за рулём и смотревший на автомобильный навигатор, куда был забит предполагаемый маршрут и конечная остановка.
Ерофеев со своими бойцами быстро прошлись по зданию и подали знак, что в нём никого нет. На крышу поднялись Барченко и Стешин, которому Паша поставил задачу прикрывать «развод снайперов» по намеченным ранее огневым позициям.
— Борзов, — Паша указал рукой на угловое здание, расположенное в изгибе улицы в сотне метрах от шестиэтажки по направлению к мосту через Евфрат.
— Это ваше. Лучше сидеть не на крыше, а на последнем этаже.
— Понял, — кивнул Слава.
— Бушуев!
— Я!
— Твоя позиция будет вон там, — Шабалин указал на здание, отстоящее от него метров на триста. — Оттуда ты сможешь простреливать подходы с трех сторон.
— Что же так далеко? — заволновался Артем. — Если нас там окружат, мы оттуда не выберемся.
— С тобой будут ракетчики и двое спецов, — успокоил его Паша. — Вы там сами кому угодно комом в горле станете.
— Не очень-то и радует, — ответил Бушуев. — Комом быть в горле. Эти воины джихада нас проглотят, не поморщатся…
— А ты руки-ноги в стороны расставь, и никто тебя не проглотит, — успокоил Шабалин Артёма.
— Ну, спасибо, командир, — кивнул Бушуев.
Всю технику расположили таким образом, чтобы бортовое оружие можно было использовать для прострела примыкающих улиц, а в случае угрозы полного окружения — для массирования огня на одном направлении, в котором требовалось бы прорубить коридор для выхода.
С двумя спецназовцами, выделенными Ерофеевым в качестве охраны снайперских пар, Борзовым и Бурманом, Шабалин зашел в первое строение. Спецназовцы профессионально осмотрели здание, готовые в любую секунду открыть огонь, если бы встретили противника, но там никого не было — гражданские люди полностью покинули район. Позицию выбрали на последнем этаже и запасную — на крыше. Паша обозначил ориентиры, одновременно записывая их в свой блокнот, проверил связь, обговорил порядок выхода и эвакуации в случае критического осложнения обстановки, и вернулся к шестиэтажке.
После обсуждения с Чинаром, решили на вторую позицию выделить «Тигр» с автоматическим гранатометом — так как со второй позиции открывался хороший вид на пустырь, заканчивающийся протокой Евфрата, за которой был еще хорошо видимый участок земли, за которым проходило основное русло реки, где и предполагалось впоследствии навести понтонный мост.
